n w    w w w w

baner
Печать
Фантастическая философия

 З А К Р Ы Т А Я     К Н И Г А

     
Андрей Светов (М., 1996.)
     
В Н И М А Н И Е !
   
Перед тем, как прочесть эту книгу, постарайтесь отвлечься от всего суетного, попытайтесь сосредоточиться и прислушайтесь к своей душе: достаточно ли готова она к тому, чтобы сейчас, сегодня прикоснуться к сокровенным знаниям, проливающим свет на ваше собственное предназначение в этой жизни и на этой Земле?
 
И если, с максимальной сосредоточенностью и беспристрастностью взглянув в глубину своего “я”, вы увидите, что ваша душа недостаточно чиста, недостаточно глубока, недостаточно светла,— не открывайте эту книгу! Пусть уж лучше она навсегда останется для вас непрочитанной и закрытой. Потому что книга эта не воскресит мёртвого от рождения и не снимет мутную пелену с не видящих Света глаз. Потому что обращена она только к духовно зрячим, только к поистине живым, только к взыскующим правды и негасимого света,— к тем, кто ради совершенства знания и совершенства духа не убоится самоотверженных усилий, подвижнических деяний и великого самопожертвования!
 
Итак, пусть ничья нечистая рука да не откроет Закрытую Книгу! И пусть ничей лукавый и недобрый взгляд да не осквернит её сокровенные письмена!
   
А.С.
         
ОБРЕТЕНИЕ ЗАКРЫТОЙ КНИГИ
       
Летом 1989 года я в одиночку совершал путешествие по Горному Алтаю,— одному из последних девственно-чистых мест нашей Земли, ещё не осквернённому грубым и разрушительным вторжением так называемой цивилизации.
 
Ранним утром 19 июля я оставил за собой пос. Турочак и отправился на юго-восток с тем, чтобы выйти к северной оконечности Телецкого озера. Ко второй половине следующего дня я достиг намеченной цели, миновал посёлок Артыбаш и преодолев еще около 12-15 км, продвигаясь вдоль берега озера на юго-восток, к вечеру устроил привал неподалёку от северо-западной границы Горно-Алтайского заповедника.
 
Я рассчитывал, заночевав на берегу, на следующий день отправиться на надувной лодке к крайней южной точке Телецкого озера — к устью реки Чулышман, а затем, дождавшись там рейсовый вертолёт, добраться на нём до райцентра Усть-Улаган, после чего выйти на Чуйский тракт и по нему вернуться в г. Бийск.
 
После ужина я устроился на ночлег возле догорающего костра и, едва дождавшись захода солнца, почти тотчас заснул.
 
Так как даже в середине лета, обычно очень жаркого в Горном Алтае, в окрестностях Телецкого озера по ночам бывает довольно холодно, я проснулся гораздо раньше, чем предполагал: приблизительно в пять часов утра или около того. Чтобы согреться, я снова развёл костёр, а чуть позже отправился к находившейся неподалёку безымянной речке, пересекающей пляж и впадающей в озеро, чтобы набрать в котелок воды для чая. Возвращаясь с полным котелком к своему костру, я обратил внимание на странного вида белую птицу, парящую в небе над озером. Внешне она напоминала белого сокола — довольно редкую степную птицу, которую я однажды уже видел в Калмыкии. Но мне показалась весьма странной её величина: по своим размерам она превосходила белого сокола в два, а то и в три раза. Каким бы я ни был профаном в орнитологии, я не мог не удивиться тому, что увидел здесь, в горах, типично степную птицу, да ещё и, пожалуй, принадлежащую к неизвестному виду.
 
Спустя непродолжительное время странная птица, спустившись метров на двадцать ближе к поверхности озера, взмахнула крыльями и, взяв направление на юго-восток, вскоре скрылась на вершине довольно высокой, густо поросшей лесом сопки, где, вероятно, находилось её гнездо с выводком.
 
Никогда раньше я не видел ничего подобного на Алтае, хотя и бывал там не раз. Мне, конечно, приходилось слышать от местных жителей о разных “чудесах” и в высшей степени невероятных событиях, время от времени якобы происходящих в алтайских горах, особенно в южной части Горного Алтая. Года за два до описываемых событий один молодой алтаец, внук потомственного шамана, сидевший рядом со мной в тряском автобусе, петлявшем по самоубийственному серпантину Чуйского тракта, подробно рассказывал мне и о явлениях “алтайской девы” высоко в горах, и о “большой белой птице, душе Земли”, которую, по его словам, можно увидеть только “раз в сто лет”. Но я никогда особенно не верил во все эти алтайские легенды и мифы, полагая, что большей части из всех этих явлений можно было бы дать вполне естественные объяснения. И вот теперь мой всегдашний скептицизм и моё “здравомыслие”, которое я привык ставить себе в заслугу, были, если и не разбиты вдребезги, то сильно поколеблены. Или я действительно стал свидетелем явления одного из сверхъестественных персонажей алтайской мифологии,— думал я, сознавая при этом всю абсурдность такого предположения,— или же, что было, пожалуй, не менее невероятным, мне посчастливилось увидеть птицу исключительно редкого вида, до сих пор никому не известного.
 
Чтобы развеять эти сомнения, я принял решение ещё до полудня подняться на вершину этой сопки, или, сказать точнее, небольшой горы, на которую, если довериться своему зрительному восприятию, якобы опустилась гигантская птица: если то, что я видел, происходило в реальности, то там, на вершине, должны были остаться какие-то материальные свидетельства происшедшего, например, гнездо с птенцами или остатки пищи.
 
Согреваясь, горячим чаем, я сидел у костра до тех пор, пока солнце не поднялось над горами, а затем, умывшись озёрной водой и сложив все свои пожитки в рюкзак, отправился в тайгу, пытаясь выйти на какую-нибудь тропу или найти русло горной реки, которое помогло бы мне совершить это довольно трудное восхождение.
 
Вскоре я наткнулся на источник, берущий начало у основания почти отвесной скалы, испещрённой всевозможной шаманской символикой: это был один из тех бесчисленных родников с кристально-чистой ледниковой водой, которые глубоко почитаются коренными алтайцами, видящими в них обиталища горных духов. В одном месте русло источника было углублено и расширено, образуя таким образом нечто вроде лунки, дно которой было сплошь усеяно монетами самого разного достоинства,— от одной копейки до полтинника: эти деньги являлись подношением божеству, живущему в источнике, от которого взамен, вероятно, ожидали удачи на охоте или хотя бы благополучного возвращения из тайги. Рядом с родником росло небольшое деревце, не более полутора метров высотой, к ветвям которого было привязано множество белых, отчасти уже истлевших матерчатых лоскутков: каждый из них, насколько мне было известно, означал, что человеческая просьба была услышана и исполнена, в честь чего благодарным алтайцем и был привязан к дереву ритуальный лоскуток.
 
От источника, на дно которого и я бросил свою монетку, я вышел на едва приметную тропу, которая вскоре вывела меня к руслу одной из тех горных рек, которые существуют только весной, во время таяния ледников, а к середине лета превращаются в довольно жалкий ручей, вяло стекающий вниз со своих отвесных каменных порогов, похожих на гигантские ступени какой-то фантастической лестницы, проложенной по дну ущелья с восточных предгорьев — до берега Телецкого озера.
 
Для того, чтобы взобраться на вершину горы, мне было необходимо пересечь русло и, выйдя на противоположный берег, около одного километра продвигаться вдоль него вверх, а затем свернуть вправо и продолжать подъём уже непосредственно по склону. Сняв обувь, я кое-как преодолел русло реки, с каждым шагом по влажным и скользким каменным плитам рискуя потерять равновесие и свалиться с одной “ступени” трёхметровой высоты на следующую, что означало бы почти неминуемую гибель для того, кто попал бы в такую беду в одиночку.
 
Переведя дух на другом берегу, я с некоторым страхом подумал о том, что на обратном пути мне придётся повторить это действие ещё один раз и, пожалуй, уже пожалел, что вообще впутался в это дело. Но отступать было поздно, и я, надев ботинки, начал своё восхождение.
 
Из-за большой крутизны склонов горы мне пришлось взбираться вверх не напрямую, а как бы по спирали, постепенно огибая сопку по часовой стрелке.
 
Довольно быстро, всего за час или полтора достигнув вершины, я скинул с плеч рюкзак и огляделся по сторонам: вокруг не было заметно никаких свидетельств того, что в предыдущую сотню лет это место посещало какое-либо существо крупнее белки. Среди поваленных грозой в незапамятные времена гигантских стволов лиственницы и кедровой сосны, сплошь заросших влажным тёмно-зелёным мхом, вырос какой-то особенно густой, колючий и совершенно непролазный кустарник, о который я тут же расцарапал в кровь свои руки и плечи.
 
Так и не найдя здесь ни самой птицы, ни её гнезда, ни вообще каких бы то ни было следов её присутствия, я, сильно разочарованный, но с чувством исполненного долга, стал подумывать о том, как проще было бы вернуться отсюда назад. Я решил ещё раз обойти вершину сопки кругом, чтобы выяснить, с какой стороны находится Телецкое озеро и где следовало бы начать спуск. Несколько раз я обогнул вершину кругом,— сначала в некотором недоумении, а затем и в полнейшем отчаянии: озера не было видно ни с какой стороны!
 
Я отдавал себе отчёт в очевидной абсурдности происходящего: относительно того места, где я находился, Телецкое озеро должно было занимать весь горизонт от юго-востока до северо-запада, то есть добрую половину всего обозримого пространства, но там, где оно должно было находиться, я видел одну только горную тайгу,— тайгу до самого горизонта!
 
В полной растерянности я уселся на свой рюкзак, не зная, что делать дальше. Я вспомнил рассказы местных жителей о злосчастных охотниках и золотоискателях, не заблудившихся и пропавших, но бесследно сгинувших в “сопредельном пространстве”, в которое будто бы можно совершенно случайно, даже и не заметив этого, войти, но вот выйти почти невозможно.
 
И тут я вдруг всем своим существом и совершенно отчётливо почувствовал, что за мной давно уже, с той самой минуты, как я вошёл в тайгу, пристально и довольно бесцеремонно следят, — не десятки и не сотни, но многие тысячи пар глаз, тысячи невидимых существ, или сущностей, или, точнее сказать, “самостей”, живых душ, пребывающих во всём, что было вокруг: в кустах, в траве, в деревьях, слегка раскачиваемых лёгким и тёплым ветром с юга,— одним словом, пребывающих во всём, что жило, что росло, и в чём мы, по своему бесчувствию, эгоизму и человеческой заносчивости ничуть не склонны даже и предполагать наличия живой души, способной любить или ненавидеть, страдать и сострадать, испытывать радость или боль...
 
Мне казалось, что они, те, кто наблюдал за мной, пытаются определить, кто я для них: друг? враг? или просто некое нейтральное, хотя и экзотического вида существо, непонятно для какой надобности вторгшееся на их территорию, в их владения?
 
Их, в напряжённой сосредоточенности наблюдавших за мной, пристально следивших за каждым моим шагом, за каждым моим движением, было так много,— так неисчислимо много! — что все они вскоре слились в моём восприятии в нечто единое, в живую Тайгу-как-таковую.
 
Наконец Тайга, как мне показалось, вынесла свой вердикт по отношению к вторгшемуся в неё пришельцу: это — человек, это — враг, это Тот-кто-убивает-живое.
 
Внезапный, пришедший как бы ниоткуда порыв ветра прошумел в кронах деревьев, приведя в хаотическое движение сучковатые ветви сосен и пихт. Два-три могучих ствола едва заметно качнулись и угрожающе заскрипели,— но тотчас замерли, как только я, обернувшись, попытался найти их глазами.
 
И тогда я, наконец, не то что бы вполне отчётливо осознал, но, скорее, “почуял нутром”, что я, как человек, вызываю у тайги такие же чувства, какие испытывает не до конца добитая жертва по отношению к своему убийце: ужас, ненависть и отчаяние. И это было невыразимо горькое открытие.
 
“Почему?! За что?!”— думал я. — “Ведь я не желаю ей, Тайге, никакого зла! Ведь я, наоборот, люблю её,— иначе зачем бы я пришёл к ней, вошёл в неё? Почему же я (я!) вызываю в ней такой ужас и такую ненависть по отношению к себе?!”
 
Моя обида была глубока и, как мне тогда казалось, справедлива. Я сел на рюкзак, достал сигареты — и замер с горящей спичкой в руке,— до тех пор, пока она не обожгла мне пальцы и не погасла.
 
Да! Я наконец-то понял, что и я сам, только лишь потому, что я — человек, разделяю ответственность со всеми остальными людьми на Земле за все те чудовищные преступления против живой природы, которые до моего рождения и после него были совершены и продолжают совершаться представителями одного со мной биологического вида: двуногих всеядных и хордовых, входящих в тайгу, саванны и джунгли с топорами и бензопилами, с карабинами и ножами.
 
Моё племя — племя жестоких и беспощадных убийц, и поэтому, хотя сам я и не принимаю непосредственного участия в злодеяниях моих сородичей, я всё-таки виновен не меньше, чем действительные убийцы. Ведь также и я, как и мы все, ежедневно пользуюсь плодами этих неискуплённых преступлений:
 
Мои ботинки и ремень сделаны из кожи, содранной с убитого зверя. Я живу в домах, сооружённых из убитых деревьев. Я ем хлеб, выращенный на месте сведённого леса. Я пью молоко, выжатое из коровы, ничуть не задумываясь над тем, жива ли она ещё, или её уже забили на живодёрне. В кармане моей куртки лежит коробок спичек, при помощи каждой из которых я способен испепелить всё живое на десятки километров вокруг и превратить пол-тайги в обугленную пустыню...
 
Вот почему Тайге всё равно, кто я: “сентиментальный путешественник” или браконьер, безобидный турист или маньяк-поджигатель. Главное, что я — человек: Тот-кто-истребляет-всё-живое-вокруг. Поэтому я — враг, я тот, кто внушает ей страх, ненависть и отчаяние.
 
Я схватил свой рюкзак и, объятый ужасом, почти в беспамятстве, не разбирая пути, начал спуск с горы, цепляясь за какие-то ветки, сучья, колючки, то и дело, теряя равновесие и налетая с размаху на стволы деревьев, каждую секунду рискуя окончательно низвергнуться вниз, на дно ущелья, со свёрнутой шеей, с переломанными руками, ногами, рёбрами...
 
И вот, где-то на полпути к подножию горы произошло то, чего я больше всего боялся: запнувшись о какую-то корягу, я сорвался и, безуспешно пытаясь ухватиться за что-нибудь, начал беспорядочное падение, кубарем вниз, навстречу каменистому дну ущелья, навстречу смерти...
   
Когда я пришел в себя, то первым моим чувством была пронзительная боль в левой ноге пониже колена. Я открыл глаза и сначала ничего не увидел вокруг себя. Чуть позже я приметил две-три звезды, едва просвечивающие сквозь густую крону кедровой сосны, остановившей моё падение, и по ним определил, что, если я всё ещё на этом свете, то сейчас, должно быть, глубокая ночь. Всё тело ныло от ушибов и ссадин, но кроме распухшей от вывиха и спазма мышц левой ноги, других серьёзных травм я не обнаружил. Но это мало меня утешило, так как с такой ногой у меня, заблудившегося в тайге, всё равно не было практически никаких шансов на спасение. Я попытался было приподняться, но нестерпимая боль в ноге тотчас опрокинула меня назад.
 
“Ну вот и всё, конец”,— подумал я без особенного страха, внутренне уже готовый смириться со своей судьбой.
 
Мне трудно говорить о том, что произошло спустя каких-нибудь десять минут, так как я отдаю себе отчёт в том, насколько неубедительно может прозвучать мой рассказ, не подтверждённый никакими свидетелями, кроме моей чистой совести.
 
Я услышал треск сучьев от чьих-то осторожных и неспешных шагов, а чуть позже увидел голубовато-белое свечение, исходящее с той же стороны. Забыв про боль в ноге и приподнявшись на локтях, я что есть силы закричал: “Сюда, Сюда! Помогите!”
 
В ночной тайге мой крик прозвучал так страшно, что мог скорее отпугнуть кого бы то ни было, а не привлечь. Тот, кто был рядом, на минуту остановился, а затем решительно направился в мою сторону.
 
Итак, говорю сейчас то, что увидел сам через несколько мгновений: ко мне приближалась, излучая лёгкое бледно-голубое сияние вокруг себя, довольно высокого роста женщина лет двадцати пяти — тридцати на вид. На ней не было никаких одежд или украшений,— вообще ничего, кроме венка из мелких таёжных незабудок, в который были собраны её длинные золотистые волосы. Её красота была почти совершенной, и потому почти нестерпимой для моих слабых человеческих глаз. Но самым удивительным, как мне показалось, в её облике было то, что абсолютно невозможно было определить не только её этническую принадлежность, но даже и то, к какой человеческой расе она могла принадлежать. Казалось, что она обладала лучшими чертами всех рас, какие только есть на Земле.— И это не метафора, а честная констатация впечатления, произведённого на меня её удивительным лицом.
 
Она остановилась в двух шагах и молча опустилась на колени, с видимым интересом разглядывая меня, точнее сказать, то, что от меня осталось после падения. Я сам, также молча, как и она, смотрел на неё, невольно думая о том, что то, что я сейчас вижу, чересчур реально для сна, и в то же время слишком фантастично для того, чтобы быть бесспорной явью. Едва ворочая пересохшим от волнения языком, я с трудом выдавил из себя: “Кто ты?!”
 
Странная женщина не произнесла ни слова в ответ, а лишь улыбнулась и придвинулась ещё ближе, очевидно, желая получше рассмотреть моё лицо. Я взглянул ей в глаза — и в то же самое мгновение, тотчас, почувствовал такую глубокую, такую пронзительную сыновнюю любовь к ней, что у меня внезапно перехватило дыхание, а по лицу, как в полузабытом мной детстве, потекли бесстыдно обильные, горькие, совершенно неожиданные слёзы.
 
Она медленно провела ладонью по моей голове, как бы приглаживая мои растрёпанные волосы, а затем вдруг склонилась надо мной и осторожно, едва ощутимо, поцеловала меня в лоб.
 
“Кто... ты?!” — повторил я, чуть не задыхаясь от слёз, и увидел, как едва заметно дрогнули в неожиданно кроткой полудетской улыбке её губы, и услышал её мягкий, чистый, прозрачный голос, который я не забуду до конца дней своих:
 
“Джана, Мать, душа Земли.”
   
Меня разбудило яркое полуденное солнце, ветер, шумящий в кронах деревьев и ещё что-то или кто-то, что копошилось возле моего тела. Я открыл глаза и увидел невдалеке белку, роющуюся в сухой траве. Я приподнял голову — и она тотчас скрылась за деревьями. Вспомнив о падении с сопки, я осторожно провёл рукой по левой ноге от колена до щиколотки, но, вопреки ожиданию, не почувствовал никакой боли и вообще не обнаружил никаких следов вчерашнего падения. Нога была совершенно целой!
 
Поднявшись с земли и оглядевшись по сторонам, я увидел невдалеке свой рюкзак и кроме того, нечто такое, что сразу же привлекло моё внимание:
 
Место, где я, упав со склона горы, провалялся всю ночь, было выложено мелкой, в основном, белой галькой таким образом, что проявилось изображение контура лежащего человека с раскинутыми в обе стороны руками и подогнутой к себе левой ногой. Приблизительно в двух метрах от этого контура, из той же приозёрной гальки был сложен знак, или символ, который я сейчас воспроизвожу по памяти.
   
Едва взглянув на него, я тотчас вспомнил о своём ночном видении, от которого, как мне теперь стало очевидным, сохранились эти весьма странные материальные свидетельства, так или иначе, несмотря на всю свою загадочность, говорящие о некоторой степени реальности происшедшего со мной минувшей ночью. Но так как эти странные последствия ночного происшествия явно не поддавались хоть сколько-нибудь внятному объяснению, мне не оставалось ничего другого, как, пожав плечами, взять свой рюкзак и, продвигаясь вдоль русла горной речки, вернуться назад, к берегу озера, чтобы затем продолжить своё путешествие по Горному Алтаю.
   
Приблизительно через две недели я вернулся домой.
 
Поздним вечером, несмотря на усталость, я разбирал свой багаж, то есть освобождал видавший виды рюкзак от всего содержимого,— чтобы затем выстирать его вместе с походной одеждой. В одном из карманов рюкзака я обнаружил небольшой гладкий камень: прохладный на ощупь, полупрозрачный, в форме неправильного треугольника, со множеством причудливых прожилок в своей глубине. Рассмотрев камень внимательнее, я убедился в том, что это отнюдь не обычная приозёрная галька. Это был сардоникс,— полудрагоценный камень, ближайшее от Алтая месторождение которого, насколько мне было известно, находится где-то в районе устья реки Амазонки.
 
Борясь с усталостью и нарастающим желанием улечься спать, я сварил себе кофе, чтобы хоть немного взбодриться. Никак не объяснимое присутствие странного камня в моём рюкзаке, вместе со мной только-что вернувшегося с Алтая, почему-то совершенно вывело меня из равновесия.
 
“Ну вот откуда он взялся? Ещё никто и никогда не встречал на Алтае ониксы,”— думал я, одновременно с огромной усталостью испытывая странное волнение такой глубокой силы, которая была совершенно непропорциональна происшедшему.
 
Сидя за кухонным столом, я довольно долго пил кофе, не сводя глаз с загадочного камня редкой красоты.
 
Допив свой кофе, я встал из-за стола — и тут же рухнул, как подкошенный, на пол, усеянный осколками разлетевшейся вдребезги чашки. Меня душило так, что звенело в ушах. Лоб покрылся испариной, дышать было трудно, почти невозможно, и я чувствовал, что вот-вот потеряю сознание. Это очень трудно описать, но мне казалось, что возле меня находятся две невидимые, но равные по мощи, борющиеся между собой силы. Причём борьба идёт из-за меня и ради меня: одна из этих сил хотела уничтожить меня, а другая, пришедшая ей на помощь, только-что отбила эту атаку.
 
Тяжело дыша, я кое-как поднялся на колени и, держась за горло, из последних сил прохрипел:
 
“Кто бы ты ни был — спасибо! Ты спас меня!”
 
И тут я услышал уже знакомый мне женский голос, который достигал моих ушей как бы отовсюду и источник которого находился как бы вокруг меня:
 
“Не бойся, сын! Мать, Джана-Гайя, спасла тебя, и ещё спасёт, и ещё и ещё! Ничего не бойся!”
 
Я стоял на коленях, неподвижно и молча, не смея нарушить наступившую глубокую тишину ни словом, ни движением.
 
Спустя несколько мгновений я услышал лишь одно слово: “Встань!”
 
Я поднялся с колен, но остался стоять на месте, весь превратившись в слух, затаив дыхание.
 
“Если любишь Меня так же, как Я люблю тебя — садись и пиши!”
 
Я послушно направился к столу, взял тетрадь, ручку, и замер в ожидании. Первым продиктованным текстом, который я записал в ту ночь, был следующий:
 
“Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Говорит для чистых, говорит для благодарных, говорит для любящих. Говорит чутким, говорит слушающим, говорит способным понять. Говорит истинное, говорит сокровенное, говорит должное. Джана, Мать, говорит людям то, чему настало время быть ещё раз произнесённым, быть вновь услышанным, быть снова понятым!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.”
   
Так, летней ночью, за кухонным столом, было положено начало обретению этой Книги, возможно, ещё не завершённой, обрывающейся как бы на полуслове (последний фрагмент был записан в феврале 1995 года).
 
Прежде чем оставить читателя один на один с Книгой, я обязан сделать небольшое предуведомление от себя лично:
 
1. Все фрагменты Книги были расположены мной в строгом хронологическом порядке, именно в той последовательности, в какой они были записаны.
 
Я допускаю, что знаки препинания кое-где могли быть расставлены мной не там, где следовало,— что могло повлиять на общий смысл отдельных фраз и предложений.
 
Во многих случаях я был вынужден ввести некоторые слова и даже целые фразы, как смысловые связки, от себя лично: все они заключены в прямые скобки, отделяющие их от собственно Текста.
 
В некоторых случаях я был обязан прибегнуть к своим комментариям, относящимся к тем или иным фрагментам Текста, смысл которых требовал определённой интерпретации. Эти комментарии, для удобства читателя, я осмелился расположить непосредственно на тех самых страницах Текста, к которым они относятся.
 
2. Так как авторство этой Книги целиком и полностью принадлежит нашей общей Матери, Ей и только Ей одной, читатель должен понять, почему я сам — (хорошо ли, плохо ли, но исполнив до конца свои обязанности “медиума”, писца, или стенографиста, и ещё, может быть, средней руки корректора, на свой страх и риск расставившего в Тексте запятые и точки) — должен теперь отойти в глубокую тень и смолкнуть,— как то и подобает послушному сыну перед тем, как заговорит Мать.
   
А.С.
                     
ЗАКРЫТАЯ КНИГА
   
1.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Говорит для чистых, говорит для благодарных, говорит для любящих. Говорит чутким, говорит слушающим, говорит способным понять. Говорит истинное, говорит сокровенное, говорит должное. Джана, Мать, говорит людям то, чему настало время быть ещё раз произнесённым, быть вновь услышанным, быть снова понятым!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
2.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
У Тебя прошу благословения, о Самосущий, Безымянный, Предвечный! К Тебе обращаюсь Я, Джана, Гайя, живая, любящая, плодородная, многообильная Мать, Твоё создание! Позволь Мне понять Твоё желание, Твоё стремление, Твоё движение! Сущий во Мне, услышь сущую в Тебе, окружённую Твоей любовью, Твоей благостью!
 
Ты, Миродержец — Моя жизнь, Моя душа, Моё прибежище! О, Единый, Всеблагий, животворящий Вседержитель! Тот, Кто без имени, Тот, Кому присущи все имена! Единый, Всепроникающий, Сущий во всех существах! Простирающийся повсюду, Чистый, Всеведущий, Неуязвимый для зла!
 
Благослови Меня на речь, благослови [Меня] на действие, благослови Меня на свершение! Благослови Меня на восстановление знания, на повторение знания, на возрождение знания, на утверждение в изначальной чистоте изначального знания!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
3.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
То, что было сначала, было непроявленным, [так что] невозможно сказать, что это было, было ли оно [в действительности], или нет. Разделение положило [подлинное] начало этому Миру.
 
Когда Благо отделилось [от не-блага], оно стало Замыслом, стало Смыслом. Оно создало то и это, посредством жертвоприношения Оно вдохнуло в них жизнь и, нанеся на них священные знаки, дало [каждому] творению своё имя. Все эти творения стали проявленными посредством любви, [ибо] без любви они никогда не смогли бы проявиться как нечто [существующее]. Посредством любви они объединяются в одно целое; посредством любви они умножаются и продолжают друг друга. Любовь — это то, что создаёт, то, что поддерживает [существование], то, что объединяет, то, что увековечивает. Имена — это то, что отделяет творения [друг от друга], не лишая их [при этом] силы любви.
 
Так возникли творения и названия творений. Так возник этот Мир и Его Язык. Если бы Мир лишился Языка, Он стал бы неотличим от не-мира. Если бы Мир лишился любви, Он погиб [бы].
 
Поэтому тот, кто не источает [вокруг себя] любовь, [уже] не получает её и от других, и [оттого] погибает.
 
[Поэтому] кто-то, глядя, не видит Мир; слыша, не слышит Речь. А кому-то Речь отдаёт своё тело, как страстная жена — любимому мужу.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
4.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Благо, отделившись [от не-блага], и Смысл, отделившись [от бессмысленного, означали] исчезновение для непроявленного: это никакое, ни живое, ни мёртвое, не рождённое и не жившее, [после разделения] умерло для прошлого, чтобы тотчас возродиться для будущего. Так умерло бессвойственное, чтобы тотчас возродиться, как радуга, [во всём блеске своих] бесчисленных свойств. Так прошлое умерло ради будущего. Так было положено начало времени и действию, так было скреплено [воедино] кольцо времён.
 
Совершенный Мир уже есть впереди уже достигнуто всё, что желалось, уже осуществлено всё, что [было] задумано, уже навсегда побеждено всё [то], что проявлялось как зло. Эта победа уже празднуется там, впереди, у границы времени, у границы движения. Сущее во времени поспешает к этому Праздненству, сущее в движении торопится к этой Вечности.
 
Он же, Будущий, Самосущий там и здесь, тогда и потом, Всеблагий, Совершенный, Единый Победитель, Властелин времени, движимый только состраданием, идёт к нам, идёт из Своего будущего в Своё же прошлое; идёт назад, от Победы к разгару битвы, от Последствия к причинам, чтобы помочь и нам стать Победой. Он нисходит в эту незавершённость, Он спускается в эту тьму, чтобы повсюду возжечь свет. Так сострадание побуждает Его идти назад, идти к нам, страдающим.
 
Мы же, сущие во времени, робкие, страдающие, несовершенные, идём, как умеем, вперёд, навстречу Ему,— Вечному, Милосердному, Совершенному.
 
Он нисходит к нам, мы восходим к Нему. [Но] если [мы] остановимся [или] собъёмся с пути, Он не сможет [тогда] отыскать нас в этой бездне, Он не сможет спасти нас, если [мы] ошибёмся, [избрав ложный путь].
 
Когда мы стремимся к Нему, Он стремится к нам. Когда мы помогаем себе [Его достичь], Он помогает нам. Когда мы видим друг друга (Он — глядя назад; мы — глядя вперёд), мы жаждем встречи, мы мечтаем о слиянии, мы предвкушаем соединение. Когда мы делаем шаг [к Нему навстречу], тогда и Он делает шаг [нам навстречу]. Когда мы делаем следующий шаг, тогда и Он делает следующий шаг. Когда мы делаем ещё один шаг, тогда и Он делает ещё один шаг. Так мы, любящие, идём навстречу друг другу.
 
И лишь не любящие, тёмные, злые, даже и двигаясь, [на самом деле] остаются стоять [на месте]; даже и не двигаясь, сворачивают на ложный путь.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
5.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Когда Благо отделилось [от не-блага], Оно стало Душой-и-Духом этого мира. То, что осталось [после отделения] — осталось как препятствие, осталось как зло, осталось как Марра.
 
Этот Марра — не существо, не личность, не душа, не дух. В нём нет пользы, в нём нет любви, в нём нет света. Он — обман, он — заблуждение, он — бесплотное зло, ищущее воплощения. [Он — ] ничто, которое хочет стать Всем. Если бы он, никто, стал Всем, этот мир погиб [бы]. Не зная [этого], он проникает в законные воплощения, чтобы подчинить [их себе] и стать их владыкой. [Вот почему] он повсюду, где тьма, где неведение, где сомнения, где противоречия, где противостояния, где несправедливость, где ярость и ненависть, где порча и умерщвление.
 
Он проникает [в творения], он укореняется [в них], он совращает, он разрушает, он умерщвляет, он погружает в свою изначальную тьму. Ярость его сила, неведение его орудие, [вот почему] приложение этой силы и этого орудия приводит к уничтожению порабощённых [им созданий].
 
Когда Всеблагий обезоружит его и лишит его силы, тогда Марра сгинет навсегда. Когда же он сгинет навсегда, Всеблагий утвердится уже и во времени как поистине Вечный, как поистине Всемогущий.
 
Для этой Победы необходима борьба, поэтому существуют действия. Для этой борьбы необходимы действия, поэтому существует время. Для этих действий необходимо время, поэтому существует сила. Для этого времени необходима сила, поэтому существуют законы. Для этой силы необходимы нерушимые законы, поэтому существует уверенность в Победе.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
6.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Всё сущее [состоит] из трёх начал, [из которых] одно светлое, другое мощное, а третье тёмное.
 
[Каждое] существо склоняется к двум из трёх: к светлому и мощному, отвергая тёмное; к светлому и тёмному, отвергая мощное; к мощному и тёмному, отвергая светлое.
 
Тот, кто отвергает светлое, утратит и мощное, и приобщится к [одному] тёмному.
 
Тот же, кто сумеет освободиться от тёмного, освободится и от мощного, и приобщится к одному только светлому.
 
Тот, Кто связал воедино плоть, силу и разум этой вселенной, Един с теми, кто обладает тремя телами: Един с человеком, един со светилами.
 
Есть существа, [состоящие только] из плоти. Их кровь холодна, в них нет огня. Сквозь них светит Дух, но не через них Он являет Себя в действии. Всё, что они знают — это страдание, отсутствие страдания, сострадание, покой, наслаждение и страх перед новыми [страданиями].
 
Есть существа, [состоящие уже] из двух тел: тела плоти и тела огня. У них горячая кровь, у них живая душа, но не через них [действует] Дух.
 
[и] есть существа, [состоящие] из трёх тел: тела плоти, [тела] огня и тела света. Их легко узнать, [ибо] они светлы. Таковы светила, и таковы светлые [из людей].
 
Их первое тело живёт до ста лет. Их второе тело [живёт] до тысячи лет. Их третье тело живёт вечно. Они смертны, [ибо] смертны их первые [два] тела. Они бессмертны, [ибо] бессмертно их [третье] тело, единое с Единым Бессмертным.
 
Познавший это Единство [с Единым], покуда все три тела живы, сохраняют себя навсегда, даже если останется только одно [тело] из трёх. Остальные теряют себя, находя Бога.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
7.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Неделима Душа вселенной, неделимо зрение Её, неделим слух Её, неделимо дыхание Её, неделимо присутствие Её. Неделима Она, Единая, в цельности Своей!
 
Без Неё не светят светила, не сияет Солнце, не горит огонь, не бьются сердца. Она — единственный Источник [света]. Она светит — и [поэтому] всё светится!
 
Едино Оно, это Единство, во всём, [что существует]. Во всём Единое божество!
 
Тот, кто во всём видит Единое; тот, кто видит всё в Едином,— тот Его никогда не потеряет и того Он никогда не оставит. Осознавший это великое Единство никак неотделим от Него!
 
Осознавший это великое Всеединство не говорит [о Нём, ибо] это невыразимо. Говорящий [о Боге], в действительности не знает Его.  Познавший [Бога], просветлённый, надолго забывает все слова, надолго утрачивает речь.
 
О, есть ли среди вас хоть один [такой] немой, чтобы Я могла с ним поговорить?!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
8.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Этот Мир — живой, Он — Существо. Эта Вселенная — живая, она — Существо. Эти светила — живые, они — существа.
 
Это Солнце — живое, Он — Митра, Он — светлое существо. Эти Его создания — живые, все они существа.
 
Этот Каут — живой, Он — юное существо. Эта Инанна — живая, Она — девственное существо. Эта Гайя — живая, Она — возлюбленное существо. Эта Семела — живая, Она — чистое существо. Этот Каутопат — живой, Он — бесстрашное существо. Этот Аннон — живой, Он — мощное существо. Этот Хаттар — живой, Он — прекрасное существо. Этот Рага — живой, Он — справедливое существо. Этот Сат — живой, Он — мудрое существо. Этот Айам — живой, Он — мирное существо. Этот Рут — живой, Он — зрелое существо.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
   
9.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
[Все] существа смертны: растения смертны, животные смертны, люди смертны, Земля смертна, светила смертны, Солнце смертно, миры смертны. Только Единый — бессмертен. Он — Тот, Кто желает бессмертия всем [созданиям].
 
Если [все] существа будут желать того же, это желание исполнится. Если [все] существа пожелают того, что [желает] Единый, Самосущий, [то] смерть будет побеждена. Победа над смертью — это победа над Маррой. Если он умрёт, то [более] никто не умрёт.
 
Поэтому Я говорю, что [на самом деле] многие смертные [существа] бессмертны, потому что бессмертен Бессмертный, Справедливый, Единый с теми, кто жаждет бессмертия. Поэтому Я говорю, что смерть это болезнь, [а] Марра — это причина болезни. Поэтому Я говорю, что любовь — это лекарство [от болезни], спасение [от смерти] — это лечение, бессмертие — это [достигнутое] исцеление, [а] Единый, Любящий — это Великий Целитель.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
10.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Солнце — сердце Митры. Митра, ваш Отец,— светлый дух Солнца. Начало Митры там, где кончается Солнце . Конец Митры там, где завершается Его власть над владениями.
 
Светлый, мощный, справедливый Отец! Чистый, как первородный огонь, нежный, как любовь, яркий, как истина! Мудрый и щедрый, верный и бескорыстный, расточающий себя на все стороны света! Благородный, надёжный, совершенный муж! Светлоокий, возлюбленный!
 
Через Него — зачатие, через Него — жизнь, через Него — сила, через Него — крепость, через Него — молодость, через Него — процветание!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
11.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
О Митра, добрый Отец, дух Солнца, наполняющий светом свои великие владения! Верный и справедливый, надёжный и благородный, согревающий своим пылающим телом тела всех этих существ! Мощный Светоч, источающий Своё сияние, отгоняющее тьму, испепеляющее зло, очищающее все эти живые создания!
 
В каждом живом сердце теплится Твоё тепло, в каждой живой душе светит Твой свет, в каждом живом существе горит Твой огонь. В каждом сыне, рождённом от матери, заключено Твоё семя, Твоя сила, Твоё мужество.
 
О пресветлый Митра, наш Отец, наш покровитель, наш защитник! Мы благодарим Тебя за преданное служение Душе этой вселенной! Мы благодарим Тебя за жизнь, мы благодарим Тебя за [Твою] жертвенность, мы благодарим Тебя за Твоё самосожжение, мы благодарим Тебя за Твою великую отцовскую любовь!
 
О, мы хотим быть Твоими достойными [детьми]! Мы хотим быть светлыми, как Ты, мы хотим быть чистыми, как Ты, мы хотим быть верными, как Ты, мы хотим быть сильными, как Ты!
 
Войди, о Митра, в наши сердца! Наполни нас мощным сиянием!
 
Мы прибегаем к Тебе, Митра, дух Солнца, мы склоняемся перед Тобой, мы возносим к Тебе, светлый Отец, эту песнь нашей любви, нашей верности, нашей благодарности!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
12.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Сто раз по сто пятнадцать [земных] лет — [это] один год Митры . Двадцать два года [Митры] тому назад  уже плодоносила Гайя, плодоносила Мать, но [ещё] не было человека. Это Митра пожелал родить Праматерь, пожелал вочеловечить Джану, Мать, душу Земли.
 
В самый тёмный день года одинокий бык вышел к берегу великих вод и встал у этой воды, чтобы смогло совершиться жертвоприношение. Он, могучий, согласился пожертвовать собой, чтобы Джана могла вочеловечиться. Он, бесстрашный, согласился отдать свою жизнь, чтобы помочь Митре  породить [первого] человека. Когда ударил гром, его кровь пролилась в воды [океана] и смешалась с ней.
 
В самый светлый день года до самого дна пронзила молния океан, и весь этот мир надолго затих в ожидании. Так [отцовское] семя проникло в [материнское] лоно и положило начало новому [роду существ].
 
Когда же день вновь сравнялся с ночью Праматерь [людей] вышла на берег из воды,— прекрасная, юная, обременённая.
 
Она была странная, непохожая на других [существ], но все [земные] существа, радуясь, узнавали в ней Джану, Мать, душу Земли. Одни создания устроили в лесной тени [для неё] ложе из весенних трав и цветов, другие [создания] кормили её мёдом, плодами [и] орехами.
 
На седьмой день новой луны она разрешилась [от бремени] двумя сыновьями и двумя дочерьми. Эти четверо стали первыми [людьми].
 
Когда вышло её молоко, она поручила их четырём чистым [существам]: поручила корове, чтобы та питала их тёплым молоком; поручила самке дельфина, чтобы не дала утонуть [в океане]; поручила белой волчице, чтобы оберегала от гнусных гиен, похитителей детёнышей, и от прочих нечистых тварей, выкидышей Марраны; поручила сове, чтобы охраняла детей от ночных крыс и ворон, глашатаев Марры, клевателей глаз.
 
И эти чистые [существа] служили им и сохраняли их. И потомство этих чистых [существ] служило потомству этих первых [людей] и сохраняло их.
 
Так Моя плоть умножалась во всех этих созданиях. Так все они жили в мире.
 
Митра был счастлив, глядя на всё это. И Джана была счастлива, глядя на всё это.
 
Один [лишь] Марра, тёмный и неподлинный, стонал от страха [и] трепетал от ужаса, зная, что эти новые чистые [существа] — те, кто [будет] призван истребить зло, победить смерть, уничтожить Марру, завершить Творение.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
13.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Ваши далёкие [предки], любившие Меня, были чище, были счастливее, были мудрее. Слёзы радости текли из их глаз, их сердце таяло от любви. Блаженство их было так велико, что они [порой] забывали о [своих обычных] обязанностях и уходили глубоко в лес, чтобы больше уже не возвращаться [к людям].
 
Не верьте же, когда говорят [о них]: “Они умерли, их нет больше”. Те [из них], которые поистине любили, конечно, не умерли и не могли [умереть]!
 
Если бы все корни [древа] умерли и сгнили, то как могло бы жить само древо? Как оно могло бы цвести каждую весну? Как оно могло бы покрываться листвой?
 
Ведь и вы сами живы только потому, что они, поистине любящие, живы. И [по-настоящему] вы умираете только тогда, когда перестаёте любить.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
14.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Девочки, девушки, матери, бабушки! Это вы первыми услышите Мать! Вы первые поймёте [Её]! Ведь [именно] в вас [заключено] Моё начало, Моя сущность, Моя нежность, Моя красота, Моя любовь, Моя страсть, Моя покорность, Моя печаль, Моя грусть, Моё сострадание, Моё великое смирение,— вся, вся Моя душа!
 
Как же вам Меня не понять? Как же вам Меня не услышать? Как же вам Меня не обнять?
 
Когда ваши сердца бьются — бьётся и Моё [сердце]. Когда Моё биение сердца вдруг учащается,— учащается и ваше [сердцебиение]! Когда во Мне пробуждаются вёсны,— [они] пробуждаются и в вас!
 
О милые! о прекрасные! о нежные! о вечно юные!— во всём, во всём подобные Мне! Будьте счастливы, будьте любимы, будьте лучезарны и веселы всегда, всегда! — весной ли, осенью ли, и летом, и зимой!
 
Я, Мать, благословляю вас всех:
 
Пусть ваши роды будут легки и безболезненны, как Мои! Пусть ваши дети и внуки будут прекрасны, будут любимы, будут счастливы,— всегда, всегда!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
15.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Вот коровы вернулись [с пастбищ] и напоили вас своим молоком. Да живут они мирно среди вас, матери телят, многоцветные, добрые, бескорыстные, дающие вам молоко на утренних зорях!
 
Пусть никогда [они] не пройдут путь к плахе мясника, пусть свободно бродят по просторным пастбищам, не ведая никакой опасности!
 
Пусть спокойно живут [они], невинные, святые создания, рождающие в себе священную Саому, напояющие истощённого, поднимающие ослабленного, несущие первородный огонь в своём щедром вымени, крепкие, сильные, кроткие существа!
 
Убить корову — то же, что убить[свою] кормилицу. Кто совершает это, тот чудовище, тот убийца!
 
Пожрать мясо [коровы] — то же, что съесть кормилицу, вспоившую своего [восприемника] чистым густым молоком. Тот, кто поступает так, тот нечист, тот беспамятен, тот неблагодарен!
 
Пиши: говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
16.
 
Пиши: Говорит джана, Мать, душа земли.
 
Я, Джана-Гайя, Земля и душа Земли, Великая Мать всех [земных] существ, Хранительница Четырёх Начал, Владычица четырёх сторон [света], Хозяйка четырёх времён [года], Мать всех матерей, душа всего живого, источающая любовь и мир, несущая тёплое молоко в своей груди!
 
Я сделала благое сильным, прекрасное — победоносным. Я соединила женское [начало] с мужским. Я освятила десять [лунных] месяцев — время созревания [человеческого плода].
 
Я установила, чтобы женщины были любимы [мужчинами], чтобы цвели деревья, чтобы земля плодоносила, чтобы Митра всходил здесь — заходил там, чтобы все Мои порождения пребывали в покое и безопасности!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
17.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Мир Матери, мир Земле и Её порождениям! Мир небесам и мир водам! Мир растениям и мир деревьям! Мир животным и мир птицам!
 
Пусть с этим возглашением мира воцарится мир! Пусть с наступлением этого мира исчезнут все наши страхи, все наши муки, все наши сомнения! Пусть с этим возглашением мира исчезнет всякое зло и даже тень зла!
 
Пусть Митра, наш Светоч, хранит этот мир! Пусть мир распространится и возобладает! Пусть радость растекается повсюду! Пусть счастье переполняет наши сердца! Пусть все светлые существа ликуют вместе с нами!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
18.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Марра, владыка тьмы, обманщик, вторгаясь в доверчивые [человеческие] сердца, сеял [в них] смуту, соблазнял слабых властью, подстрекал нестойких на святотатства. Склоняя немудрых к себе, он направлял их, как лжепророков, в селения. Они же, заколдованные, отравленные, мертвоглазые, бродили повсюду, оповещая [людей] о чудовищных лжеучениях, подстрекая на ужасные преступления.
 
Они приходили и учили:
 
“Не возжигайте священных огней [в честь] Отца! Не приготовляйте живительной Саомы [в честь] Матери! Солнце вам не Отец, и Земля вам не Мать, [и] Самосущий не существует!
 
Залейте мочой эти горячие уголья! Вылейте целебную Саому в свиное корыто!”
 
Они приходили и учили:
 
“Марра ваш бог! Маррана ваша богиня! Вы нечисты, вы несвободны! Вы — их рабы, а они пусть господствуют над вами!
 
Падите ниц [перед ними]: они вас казнят, они же и милуют! Сбейтесь в плотное стадо, скоты среди скотов, рабы среди рабов!
 
Падите ниц перед держателем кнута! Восславьте же [его] за то, что [он] снизошёл до господства [над вами], смрадные твари!”
 
Они приходили и учили:
 
“Срубите священные рощи! Замутите говорящие источники! Оскверните все ваши святыни!
 
Убейте наилучших из вас и казните всех великих пророков!
 
Сожгите святилища и устройте на [их] месте капища и кумирни: гнездилища Марры и логовища Марраны! Водрузите [над ними] какое-либо орудие пытки: где шип, где крюк, а где крестовину!”
 
Они приходили и учили:
 
“Зарежьте коров: они вам не друзья, они вам не кормилицы! Пейте их тёплую кровь, ешьте их запретное мясо! Отвернитесь от предков: их больше нет, суеверных! Они — как изгнившая падаль! Чем же они помогут [вам]? Достойны ли они, преступные солнцепоклонники, [вашего] благодарного почитания?”
 
Они приходили и учили:
 
“Бойтесь, рабы, своего властелина! Ужасен его гнев, страшен его суд, свирепа его расправа!
 
Три места уже приготовлено [им] для вас:
 
Загон для вас,— вся вот эта земля, всё то, что в вашей власти. Пожрите, скоты, всё, что растёт под ногами! Втопчите в грязь всё, чем подавитесь, не сумев [пожрать], а там, где прежде росло, покройте обильными испражнениями, чтобы впредь не выросло вновь!
 
Бойня для вас же, но не в вашей власти,— [место], где истязают и расчленяют [на части] непокорных!
 
Стойло для вас же, но также не в вашей власти,— [место], где покорные неумолчным блеянием воспевают власть [своего] господина!”
 
Они приходили и учили:
 
“Впредь истребляйте всё, что живёт! Пусть смерть будет покрыта смертью! Залейте всё [вокруг] слезами и кровью! Пусть убийства станут обычным служением рабов [своему господину]! Непрестанно уничтожайте друг друга! Отныне любовь — преступление, а ненависть — благодеяние! Отныне деторождение — скверное [дело], а людоедство — святое! Сделайтесь бесполы — и станете бесплодны! Отныне возглашайте не мир, а вражду! Отныне возглашайте не волю, а смирение! Отныне вы — прах, вы — скверна, вы — мерзость! Зло ваш корень, зло ваши побеги! Зло ваше семя, зло ваши плоды! Пусть в семя проникнет порча, а в плод — червь! Пусть всякое зло станет для вас добром, а добро — злом!”
 
Так они учили, приходящие [из] ниоткуда, уходящие в никуда, неугомонные, неутомимые подстрекатели; так они повсюду сеяли смуту, эти обманщики, проклятые прислужники зла. И вот, теперь преуспели:
 
Где священные огни Митры? Они залиты мочой! Где живительная Саома Джаны? Её выпили свиньи! Где священные рощи? Они истреблены! Где говорящие источники? Они отравлены! Где все ваши святыни? Они осквернены! Где ваша благодарность? Вы её попрали! Где ваша любовь? Вы её извратили!
 
О безумные поджигатели святынь, поедатели коров, предатели предков, проклинатели Отца, Матереубийцы! Чем вы ещё живы, нераскаявшиеся изверги?!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
19.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Отчего зло так укоренилось здесь, в Моих владениях? Если бы вы все перестали служить этому злу, оно исчезло бы [и] как [преступные] деяния, и как Марра, воплощённая сила, пожирающая ваши жизни, питающаяся от вашего неведения.
 
А его пища здесь, где он устроил себе смрадные гнёзда, увы, обильна. А его гнёзда, увы, постоянно умножаются. А его намерения, увы, всё те же: умертвить Землю, умертвить Мать, умертвить Джану; умертвить Солнце, умертвить Отца, умертвить Митру; умертвить Братьев, умертвить Сестёр, умертвить светила; умертвить всё благое, умертвить всё истинное, умертвить всё живое.
 
Такова цель Марры, такова цель его спутников, такова цель неверных, нечистых, вредоносных.
 
Какова их цель — таковы их дела: каждое мгновение они умерщвляют, они разрушают, они отравляют, они обезображивают, они оскверняют, они совершают святотатства, они проливают кровь, они отнимают души у Души, они отрывают тела от Тела. Неугомонные, злобные, неистовые, так они поступают каждое мгновение.
 
Но почему же Мои дети среди них? Разве добрый сын, хранящий в сердце живой огонь Митры, поднимет руку на Мать? Разве он проклянёт Отца? Разве добрая дочь, в которой Моя сила любви, Моя сила плодородия, отвернётся от Отца? Разве она оскорбит Мать?
 
Кто вас поработил? Кто склоняет вас к ужасным преступлениям? Почему большинство [из вас] уже готово стать Матереубийцей, отвергнув Мою любовь, Моё тепло, Мою преданность? Кто внушил вам отвернуться от свободы, отречься от могущества, отказаться от бессмертия?
 
Опомнитесь, любимые! Что дурного сделала вам Мать, чтобы совершать [над Ней] насилие, чтобы терзать Её чрево, чтобы попрать [ногой] Её грудь?! Какая обида подстрекает вас так истязать Её тело? так осквернять Её душу?
 
Вы хотите пожрать Моё сердце? Вот — оно ваше! Вы хотите выпить Мою кровь? Вот — она ваша! Вы хотите умертвить Моё тело? Вот — оно ваше! Но ведь, когда вы совершите всё это, когда вы до конца опустошите Моё чрево, сделав Меня бесплодной, сделав Меня увечной, сделав Меня умершей,— умрёте и вы все, потому что кто тогда спасёт вас от гнева Митры? Кто защитит вас от испепеляющего взгляда Отца? кто пожалеет вас, безжалостных? У кого вы, беспощадные, станете просить пощады?
 
Не о Себе Я скорблю, а о вас. Не Мои страдания Меня ужасают, а ваши. Не Моя смерть Меня страшит, а ваша. Не о Себе Я плачу, а о вас, любимые, о вас, неблагодарные, о вас, свирепые, о вас, беспомощные, о вас, безумные, бредущие на цепи у Марры, на цепи у смерти, на цепи у зла. Вам сострадаю, ищущие: “где ещё есть нечто живое, чтобы погубить? где ещё есть нечто одушевлённое, чтобы умертвить? где ещё есть нечто прекрасное, чтобы обезобразить? нечто чистое, чтобы отравить? нечто девственное, чтобы надругаться? нечто благородное, чтобы унизить?”
 
О слепые, поспешающие, расталкивая друг друга, в разверстую пасть Марры! Не спешите так,— все успеете, он терпелив.
 
О, как Мне жаль вас, обманутых, заколдованных, беззащитных! Как Я, приняв от вас последний удар, смогу защитить вас от зла, от истребления, от исчезновения?
 
Нет, нет, не отвернусь от вас, не оттолкну вас [от Себя], не отрекусь от вас никогда! Не оставит вас Мать, пока жива!
 
Да! Да! Умрём вместе: Я, умерщвлённая вами, и вы, умерщвлённые злом которому [вы] предались!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
20.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Тот, кто, живя на живой Земле, действительно видит в живом — живое, в прекрасном — прекрасное, в совершенном — совершенное, никогда не скажет, как говорят [иные]: “Земля — это просто мёртвый камень, [кружащий] в мёртвом пространстве. У Земли нет сердца, нет разума, нет души.”
 
Разве “мёртвый камень” может родить нечто живое? Разве камень без сердца может родить нечто прекрасное? Разве камень без разума может родить нечто разумное? Разве камень без души может родить нечто совершенное?
 
О безумие! О проклятие Марры! Когда Мои дети освободятся от твоей власти!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
21.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Митра сказал: “Откуда явились эти изверги, убивающие Мать, унижающие Отца?
 
Ты, Гайя, терпишь, Ты выносишь [всё это] молча, а Я не могу [на всё это] смотреть! Ты, Гайя, Ты, прекрасная, знаешь, сколько мгновений Мне нужно, [чтобы] испепелить этих тварей! Скажи Мне — [и] Я сделаю [это] раньше, чем они успеют понять, [что происходит], раньше, чем [они] успеют завершить гнусное Матереубийство! Выбирая между ними и Тобой,— выбираю Тебя, светлую, Тебя, любимую!”
 
Митра сказал: “Эти чудовища расселились повсюду, [и] повсюду разносят своё зло, своих ложных богов, свои дикие суеверия. Где бы [они] не появились, они оставляют [после себя] мёртвые воды, мёртвую твердь, мёртвую пустоту.
 
Итак, отдели истребляющих от сохраняющих, жестоких от милосердных, неблагодарных от благодарных. Сохрани всех верных, всех любящих, всех невинных. [Все] прочие скоро узнают, каков будет [их] последний вздох, последний вскрик, последнее мгновение [жизни]! Я, Митра, стану Тем, Кого они, не видя живыми глазами, прежде, чем сгинуть, увидят мёртвыми [глазницами]. Клянусь Моим сердцем, они исчезнут быстрее, чем погаснет внезапная вспышка Моего гнева!”
 
Митра сказал: “Пусть немногие уцелеют: те, от кого Тебе не одно только зло, но и благо, не одни только страдания, но и сострадание, не одна только жестокость, но и любовь. Вот этих, немногих, следует сохранить. Их назову Моими [детьми], их сделаю совладельцами [Моих] пространств, в них вложу Моё тепло, Мою мощь, Моё сияние. Всем прочим, вредоносным, алчным, опасным, суеверным умертвителям не будет надежды [на спасение]!
 
Если Я, Митра, сказал, то сказал. Как Я, Митра, решил, так [и] исполню!”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
22.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Тот, кто живёт здесь, на Земле, и чей предок созревал в Моём лоне, согревался у Моего сердца, был вскормлен Моим молоком, Мне же и говорит: “Ты не Мать мне!”— того и Я не назову своим [созданием]. Пусть Маррана будет ему мачехой.
 
Тот, в ком взошло семя Митры, кто жив потому лишь, что Он каждое мгновение [Своего] самосожжения приносит Самого Себя в жертву Своим созданиям, Его же и презирает, над Его же великой и страшной жертвой насмехается, и говорит: “Ты не Отец мне!”— тот и не сын [Митры]. Пусть Марра заменит ему Отца.
 
Тот, кто глядя на звёздное небо и на всё мироздание Совершенного, говорит: “Во всём этом нет никакой Души, во всём этом нет никакого смысла, во всём этом нет никакого блага”,— в том самом нет никакой души, в том самом нет никакого смысла, в том самом нет никакого блага.
 
О безумие! О наваждение Марры!
 
Если бы Я вернула Себе всё, что дала неблагодарным, то что бы от них осталось?
 
Если бы Митра вернул Себе всё, что дал неблагодарным, то что бы от них осталось?
 
Если бы Созидатель этого мира вернул Себе всё, что дал неблагодарным, то что бы от них осталось?...
 
Тот же, кто, коснувшись ладонью земли, скажет: “Да, Джана, да, Земля, ты — моя Мать!” — тому и я отвечу: “Да, чадо, да, любимое, ты — Моё дитя!” И что есть в мире, чего мать не сделает ради дитя? Для матери нет ничего невозможного!
 
И тот, кто, воздев руку к небу, воскликнет: “Да, Митра, да, светлый, Ты — мой Отец!” — тому и Он ответит: “Да, чадо, да, любимое, ты — Моё дитя!” И что есть в мире, чего отец не сделает ради дитя? Для отца нет ничего невозможного!
 
Дитя попросит — и мать исполнит; дитя укажет — и отец выполнит любое [его желание].
 
И тот, кто, взглянув вглубь своей души, [подумает]: “Да, Миродержец, да, Вечный, да, Бессмертный, поистине, я теперь вижу, что у нас одна Душа, что у нас одно начало, что у нас одно основание! Мы — Одно Целое: я это Ты, а Ты — это также и я!”— того и Он никогда не отделит от Себя. И что есть в мире, что могло бы разрушить это Единство? Нет такой силы, нет такой воли, нет такого существа.
 
Капля воды очень мала, но кто сможет её высушить, если она соединится с Океаном?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
23.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Я, Мать, призываю вас к великому пробуждению: посмотрите, как смутна, как бесполезна ваша жизнь! Как она похожа на дурной сон, на глубокий обморок, на смерть!
 
Я, Мать, призываю вас к великому отвращению: посмотрите, как низменны ваши влечения, как ничтожны ваши желания!
 
Я, Мать, призываю вас к великому раскаянию: посмотрите, как скверны ваши мысли, как гнусны ваши дела!
 
Я, Мать, призываю вас к великому состраданию: посмотрите, как безжалостно вы мучаете друг друга!
 
Я, Мать, призываю вас к великой любви: посмотрите, как глубоко вы ненавидите друг друга!
 
Я, Мать, призываю вас к великому очищению: посмотрите, как нечист ваш дух, как замутнена ваша душа!
 
Я, Мать, призываю вас к великому преображению: посмотрите, как прекрасна, как благородна ваша Мать! Посмотрите, как светел, как чист Митра, ваш Отец!
 
Посмотрите на Нас — и будьте такими, как Мы!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
24.
   
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Чего Я жду от вас? О чём прошу? О многом или о малом? О сложном или простом?
 
Понять то, что [Я] говорю, чтобы [затем] понять Душу всех душ, понять, чего Она ждёт от вас. Понять Её пожелание и самим пожелать [того же]. Исполнить это общее пожелание.
 
Если ты поистине человек, ты не скажешь: “нет, не могу!”. Ты не скажешь: “нет, не желаю!” Если же скажешь [так], то, поверь Мне, ты — призрак, тебя уже нет или, может, ты ещё не существуешь, потому что у каждой [живой] души [есть] только один Исток, только одно течение, только один Путь, только одно направление, только одно устремление, только одна цель, только одно достижение [цели]. Вне этого нет ничего; всё, что существует, существует внутри [этого], и если ты говоришь: “я вовне, я снаружи”, то где же ты есть, если нет ничего “вовне”, нет ничего “снаружи”?
 
Если ты скажешь: “Да, да, я понимаю, я желаю, я исполню!” — ты поистине человек, ты поистине жив, ты поистине бессмертен!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
25.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Глазами существ Душа всех душ видит и созерцает. Ушами существ Душа всех душ слышит и внимает. Ноздрями существ Душа всех душ обоняет запахи цветов и благовоний. Но только руками человека Она завершает Своё Творение: действует и созидает, и уничтожает зло там, где увидит. Итак, пусть ваши руки станут руками Творящего, а не Препятствующего [завершению Творения]!
 
Руки того, кто умножает зло, кто проливает кровь чистых [существ],— становятся руками Марры: ими он непрестанно умножает зло.
 
Глаза того, кто не видит любящую Душу в мироздании, кто не видит Митру в Солнце, кто не видит Мать в Земле,— становятся глазами Марры: ими он, радуясь, глядит на своё зло, ими он, удовлетворённый увиденным, смотрит на пролитую кровь.
 
Уши того, кто не желает слышать голос истины, кто не желает слышать мольбу о помощи, кто не желает слушать слова любви, кто не желает слушать [мудрых] поучений — становятся ушами Марры: ими он радуясь, слушает скверное, слушает ложное, слушает богомерзкое; ими он благосклонно внимает лжеучениям, ими он ловит богохульные речи, ими он, радуясь, слушает стоны истязаемых, ими он, довольный собой, слышит предсмертные крики [убиваемых].
 
Уста того, кто пьёт чужую кровь, кто пожирает тело коровы, кто поедает плоть человека, кто оскверняется падалью и белыми червями, — становятся устами Марры: ими он пожирает запретное, ими он сосёт чужую кровь, ими он сквернословит затем, ими затем богохульствует, ими затем изрыгает проклятия.
 
Руки того, кто созидает, кто взращивает цветы и деревья, кто принимает роды, кто исцеляет больные души и тела,— становятся руками Всеблагого, Великого Созидателя: ими Он умножает доброе, ими Он завершает Своё Творение.
 
Глаза того, кто ясно видит эту Единую любящую Душу во всём [мироздании], кто видит Митру в Солнце, кто видит Мать в Земле,— становятся глазами Любящего: ими Он, радуясь, созерцает Своё Творение.
 
Слух того, кто во всём,— в шуме ветра, в журчании чистого родника, в пении весенних птиц, в словах любви,— слышит голос Единого,— становятся слухом Его Самого: так Он, наслаждаясь слушанием, внимает Самому Себе.
 
Уста того, кто не отравляет себя запретным, кто не оскверняется скверным,— становятся устами Единосущного: ими Он, наслаждаясь, вкушает вот эту чистую воду, вот эти сладостные плоды; ими Он выражает Себя в Своих удивительных песнопениях, доносящихся отовсюду.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
26.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Чуткие, глубокие, сосредоточенные! Присмотритесь поближе к этим зелёным травинкам, к этим ярким цветкам, к этим пёстрым бабочкам; взгляните на эти мощные дерева, на этих свободных птиц, [парящих] под облаками,— и тогда вы поймёте, чего ждёт от вас Мать! И тогда вы поймёте, как должно поступать, что нужно делать, к чему следует стремиться! И тогда вы поймёте, у Кого вам учиться и для чего жить!
 
Охватите душой весь этот цветущий мир! Прочтите эту священную книгу без слов! Прочувствуйте жизнь всех этих живых [существ]! — И тогда вы лицом к лицу увидите вашу Мать! И тогда вы полюбите Её так же, как Она любит вас!
 
Если сможете [всё это осуществить], вы — живые среди живых, бессмертные среди бессмертных, любящие в Любви, чистые в Чистоте, добрые в Добре, истинные в Истине, справедливые в Справедливости, победители в Победе, могущественные в Могуществе, вечные в Вечном!
 
Если не сможете, [то тогда] вы ещё мертвы или уже не существуете, умершие посреди смерти, призраки, мёртвые среди мёртвых! Слепые в средоточии тьмы, глухие в глубине пустоты, безгласные в сердцевине безмолвия, бездушные внутри бесчувствия, неистинные посреди бессмысленного,— ужасные, коварные привидения, принявшие облик Моих детей!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
27.
   
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Ваши далёкие благочестивые [предки], те, кого вы позабыли, никогда не убивали живое дерево без нужды, никогда не сдирали с него, живого, кожу без нужды, никогда не отламывали ему, живому, ветви без нужды.
 
Лишь по крайней нужде, для дела или для огня, они убивали живое дерево, прося [у него] прощения и затем долго печалясь по нему.
 
Это вы убиваете живых [существ] без прощения, без раскаяния, не для насущного дела, не для священного огня. Это вы ломаете ветви и сдираете кожу с живых [существ], говоря: “нет, это не живое [существо], нет, ему не больно, нет, он не способен на чувства”. А если с вас, живых, некто сдерёт кожу, некто оторвёт руки, говоря: ”нет, это не живое [существо], нет, ему не больно, нет, он не способен на чувства”?
 
Ваши далёкие чистые [предки], те, от которых вы отвернулись, по рождению [младенца] никогда не забывали сажать новое дерево для нового человека. Они знали то, что вы позабыли: ведь новое дерево для нового человека [становится] как верный брат, как добрая сестра. Новое дерево помогало [новому человеку] расти здоровым и избегать опасных болезней [и] ужасных несчастий. Новое дерево щедро делилось с новым человеком своей животворной силой, воспринятой от Гайи, Джаны, земли и души Земли, воспринятой от мощного Митры, пресветлого духа Солнца.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
28.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Вашу Праматерь вы найдёте через поколения [предков]. Если же вы не помните их, вы не вспомните и её. Если вы не любите их, вы не полюбите и её.
 
Почему вы забыли даже и имена ваших праведных, ваших единокровных? Почему [вы] решили, что их больше нет? Вот же они, здесь! Они повсюду, они вокруг вас! Они просят вас о памяти, они просят о справедливости, они просят о благодарности! Они так любят вас!
Они обращаются к вам, а вы не слышите! Они окружают вас, а вы не видите! Они хранят вас, они защищают вас от множества несчастий, а вы не благодарите [их за это]!
 
Они стучатся в двери [ваших домов], а вы не открываете [им]! Они просят остаться в ваших сердцах, а вы не чувствуете! Они просят о [новом] воплощении, все эти чистые, верные, благие, забытые вами, неблагодарными, говорящими: “их больше нет, они исчезли навсегда”! Какое заблуждение! Никогда ничто доброе не исчезает! Никто из этих благих, этих чистых не умер! Ни один из них никуда не исчез! Они живы, они живее многих [ныне живущих]! Они рядом [с вами], они вокруг [вас]!
 
Почтите их! Склонитесь перед ними! Вспомните их лица, их имена, и никогда, никогда не забывайте [о них]! Ведь это они дали вам жизнь! Ведь это они дали вам ваши тела! Ведь это они зачали вас! Ведь это они выносили вас во чреве! Ведь это они родили вас! Помните же о них постоянно! Непрестанно думайте об их возвращении [в этот мир]! Ведь это — осуществимо, хотя вы сами должны понять — как?
 
Верните их на землю! Восстановите их тела! Подарите им новую [земную] жизнь!
 
Обнимите их! Расцелуйте их! Согрейте их вашим теплом! Окружите их такой же любовью, какой они ныне окружают вас!
 
Не сами они настаивают на исполнении [всего этого],— этого требует закон нашего мира, [закон] столь совершенный, столь справедливый! Закон, утверждённый Совершеннейшим, Справедливейшим! [Закон], который должен быть исполнен вашими руками!
 
И вот, когда последней вернётся [в этот мир] бывшая первой, тогда вы и увидите её прекрасное лицо!
 
Сто восемь раз по тысяче тысяч,— таково число подлежащих возвращению [в земную жизнь].
 
Сто тысяч раз по тысяче тысяч,— таково будет [общее] число неверных, недобрых, нечестивых, призрачных [уже] при жизни, совершенно мёртвых [ещё] до смерти, безвозвратных, исчезавших будто дым, раз и навсегда.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
29.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Добрые, благодарные, чтущие Отца и Мать, чистые, отзывчивые, чуткие,— это они наследуют Землю, это им — бессмертие, им — вечная юность во владениях Матери, им — могущество во владениях Отца! Им — счастье, им — свобода, им — любовь!
 
Злые, неблагодарные, презирающие Отца, убивающие Мать, не знающие Самосущего, злоумышляющие против друг друга, истребляющие всё живое вокруг себя,— их участь чудовищна! Я не могу, Мне страшно об этом говорить! И Я, увы, не в силах им помочь!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
   
30.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Отныне тот, кто в мыслях или в словах, или в действиях оскорбит Мать, оскорбит душу Земли,— лишь самому себе навредит. Оскорбителя-мужчину ждёт мужское бессилие и отупение; оскорбительницу-женщину [ждёт] бесплодие и безобразие.
 
Будьте же благоразумны, дети Мои! Мать может не только приласкать, но и наказать! Мать может [не только] поцеловать, [но] и ударить!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
31.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Всё, что Я, Мать, говорю, Я говорю с любовью.
 
Мирная, надёжная, плодородная, несущая молоко в Своей груди, Мать земных существ, исполняющая просьбы своих [детей], терпеливая, щедрая, многообильная Мать и Жена.
 
Да будут те, кого Я рожаю, благими, чистыми, счастливыми, лишёнными болезней и бесплодия!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
32.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
За неведением [следует] страх, за страхом — отчаяние, за отчаянием — ужас, за ужасом — преступления, за преступлениями — страдания, за страданиями — смерть, за смертью — тьма, за тьмой — исчезновение, за исчезновением — небытие.
 
[Всё] это уничтожает вас, [ибо] вы не знаете даже того, что [вы] от рождения мудры, от рождения чисты, от рождения бессмертны, от рождения свободны! Мудрость, чистота, бессмертие и свобода — [вот врождённые] качества [человеческой] души. Если вы теряете хотя бы одно [из этих качеств] — вы теряете всё! Вот к чему приводит ваше неведение!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
33.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Даже если ужаснейший грешник припадёт ко Мне, обнимет землю и скажет: “Да, Джана, да, Мать, да, душа Земли, я — твой сын, я люблю Тебя, и Ты не обойди меня Своей любовью!” — то он уже очистился [от греха], уже освободился, уже любим [Мной], уже снова Мой [сын], уже, как все Мои истинные [дети], свободен и неуничтожим!
 
Какая мать не простит [раскаявшегося] сына? Какая мать не откликнется на [сыновнюю] любовь? Нет таких матерей, [ибо] все матери милосердны и сострадательны, их любовь жертвенна и слепа, для материнской любви нет никаких преград! А ведь Я — всего лишь Мать среди матерей.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
34.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Человек — [это] существо, чьи земные желания,— все! все! — могут исполниться. [Для человека] нет ничего невозможного. Самая странная [его] мечта может осуществиться.
 
Если желание очень сильно, а сын — поистине верен, Отец, услышав [обращённую к Нему мольбу], не сможет не исполнить [это желание].
 
Если желание очень сильно, а дочь — поистине верна, Мать, услышав [обращённую к ней просьбу], не сможет не придти на помощь.
 
Если [желание] всё-таки не исполняется,— значит [сын или дочь] не верны, значит, лукавы, значит, не искренни, значит [на самом деле] не видят в Отце — Отца, а в Матери — Мать.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
35.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Вы не оставлены, вы не заброшены, вы не покинуты! Мать всё ещё жива, Мать всё ещё с вами, Мать всё ещё любит [вас]!
 
Тот, кто чувствует сердцем [Мою] любовь, тот жив, тот существует, тот видит истинное. Тот, кто совсем не чувствует [присутствия] Матери в [этом] мире, не чувствует тепла Её любви,— тот уже мёртв или ещё не существует, тот не видит [истинное], блуждая среди [живых] существ, как призрак, как мертвец, как воплощённая смерть.
 
Мать расколдует ваши заколдованные тела, Мать откроет ваши закрытые глаза, Мать отогреет ваши ледяные сердца, Мать омоет [Своими] слезами ваши чёрствые души!
 
Мать — это любовь, это преданность, это верность, это бесстрашие. Живая, любящая Мать, Гайя, Земля и душа Земли будет биться на смерть, как львица, за [спасение] своих [детей]!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
36.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Отныне Я собираю вокруг [Себя] всю Мою семью: семью Матери, семью Джаны, семью всех Моих верных. Отныне Я обнимаю их всех, увы, столь немногих, и укрываю от призраков, от приёмышей Марраны, от пасынков Марры, [внешне] столь похожих на людей.
 
Ныне Я возглашаю великое разделение всех [людей] на два рода: род светлых и род тёмных, род бессмертных и род смертных, род верных и род неверных, род добрых и род злобных, род поистине людей и род поистине привидений.
 
Моей Семье, Моему Роду — вся Моя жизнь, вся Моя любовь, вся Моя сила, вся Моя поддержка, вся Моя забота.
 
Тот же, кто не нашёл во Мне Мать — найдёт во Мне могилу!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
37.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли!
 
О, если б вы знали, как это просто: стать счастливым, стать свободным, стать светоносным!
 
О, если б вы знали, как это просто: увидеть Единое, увидеть Безмерное, увидеть Невидимое!
 
[Это] легче, чем сделать один шаг, легче, чем оглянуться по сторонам, легче, чем открыть глаза!
 
О, если б вы знали, как [всё это] легко, как просто!
 
Совершая усилия, вы не достигаете самой высокой Цели, а всё больше удаляетесь [от неё].
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
38.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Познавший изначальный замысел Самосущего, познавший своё единство с Единым становится неуязвим для зла. [Однажды] познавший себя и своё предназначение уже никогда не утратит [это] знание. Даже если однажды он утратит жизнь, он не утратит [это] знание, которое поможет ему вернуться [в жизнь].
 
Да, да, он обязательно вернётся в Мои объятия! [Ибо] таков закон, [действующий] в этой вселенной: дети возвращаются к своим родителям; родители находят своих детей. Этот закон справедлив и неустраним. Этот закон [был дан] навсегда. Поэтому знающие [этот закон] так спокойны, так бесстрашны, так невозмутимы. Поэтому незнающие [этот закон] и не желающие знать [о нём] так беспокойны, так трусливы, так испуганы.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
39.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Почему всё то, чем [вы] обладаете, никогда не видится вам достаточным? Разве земля рождает для вас мало плодов? Разве Солнце даёт вам недостаточно света и тепла? Почему вы стремитесь взять [себе] больше благ, чем [вам] необходимо? Почему отнимаете насущное у другого, чтобы [самим] иметь лишнее?
 
Почему вы беспрестанно проводите межи то тут, то там, приговаривая: “Это моё! И вот это тоже моё!” — но всегда столь далеко от вас самих и от вашего своего? Ваша единственная [законная] межа проходит вдоль кожи [вашего] тела. Дальше этого у вас нет ничего своего. Даже младенцы, выходящие из лона, и те понимают [это]! Даже они, беспомощные, мудрее вас!
 
Почему в ветхой лесной хижине больше покоя, больше счастья, больше тишины, чем в [богатом] доме, где [преобладает] забота, беспокойство [и] неуверенность? Оттого что в лесах царствую Я, а в больших городах — Марра.
 
Но Я не требую от вас [слепой] веры или подчинения. Я жду от вас только смотрения, только внимания, только понимания. Разве Я прошу о чрезмерно трудном? Разве Я прошу о невозможном?
 
Почему же вы не чувствуете, что также и в вас, от рождения чистых, от рождения мудрых, от рождения свободных [пребывает] Душа этого Мира? Она так светла — почему вы, слепые, не видите Её?
 
От Неё — жизнь, от Неё дыхание, от Неё — мысль, от Неё — речь. Она — истина, Она — благо, Она — бессмертие. Она — внутри [каждого из] вас, так почему же вы совсем не ощущаете Её [в себе]?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
40.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Человек сам себе друг, сам себе враг. [Человек] сам себя роняет, сам себя поднимает. Сам оскверняется, сам очищается. Сам себя умерщвляет, сам себя возрождает, сам выбирает [между добром и злом]. Сам сеет, сам собирает урожай. Сам ошибается, сам исправляет [ошибки].
 
Тот, кто одержал победу над [самим] собой, тот сам себе друг, сам себе господин, [тот] тело свободы.
 
[Но] тот, кто побеждён самим собой, кто раздавлен [своим собственным] телом, [своими] страстями,— тот сам себе смертный враг, сам себе раб, жалкое воплощение несвободы.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
41.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Тот, кто приобретает [себе] благо ценой [чужого] страдания, — тот не человек, тот не Мой сын, [та] не Моя дочь.
 
Тот, кто отказывается [приобретать себе благо ценой чужого страдания], тот человек, тот Мой сын, [та] Моя дочь.
 
Тот, кто жаждет освободить от страдания [других] ценой [собственного] страдания, тот Мой любимый сын, [та] Моя любимая дочь,— благородный, свободный человек, наследник этих земель, совладелец этого мира, бессмертный, чистый, прекрасный,— достойное дитя Митры!
 
Тот, кто убивает другого [человека] не ради защиты, кто умерщвляет корову без раскаяния, кто проливает кровь ради вида крови,— тот не мой сын, тот проклят, тому нет места среди бессмертных, тому нет места в этом мире, тому нет места в будущем мире, тому нет места во владениях Митры!
 
[Тот], кто служит добру, тот един с добром. Кто служит злу, тот един со злом.
 
Тот, кто преумножает благо, олицетворяет [собой] благо. Тот, кто преумножает страдания, олицетворяет [собой] страдание.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
42.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Не имеющий сострадания — не человек. Не имеющий любви — не человек. Не имеющий отвращения ко злу — не человек. Не имеющий стремления к добрым делам — не человек.
 
Как отличить человека от уже не-человека или ещё не-человека?
 
Человеку присущи сострадание, любовь, отвращение ко злу и стремление к добрым делам.
 
Можно притвориться сострадающим, можно притвориться любящим, можно притвориться якобы имеющим отвращение [ко злу], можно притвориться якобы имеющим стремление [к добрым делам].
 
Как тогда отличить человека от уже не-человека и ещё не человека? Только по его [добрым или злым] делам.
 
Руками не-человека Марра намерен отравить эти чистые воды, омрачить это высокое небо, обезобразить эту многообильную землю, искоренить эту вечную жизнь, умертвить весь этот цветущий мир Джаны, Матери, души Земли.
 
Руками человека Творящий намерен завершить Своё творение [и] довести его до совершенства. А иначе зачем вы есть в этом мире? А иначе зачем вам даны крепкие руки? А иначе зачем вам дано совершенное сознание?
 
Так пусть ваши руки не бездействуют! Пусть ваши руки не разрушают, пусть не умножают зла! Они нужны для созидания, а не для уничтожения созданного. Ваши руки принадлежат Творящему, а не Разрушителю. Так не оскверняйте же их гнусными делами! Не посвящайте их разрушению! Не окунайте же их в чужую кровь! Не увлажняйте же их Моими слезами!
 
Ныне же ваши обычные дела греховнее вас самих. Ваш собственный Дух светлее, чем вы сами. Он чист и свят, этот Изначальный Огонь, и Он сияет в каждом [из вас], а иначе как бы вы были живы? А иначе зачем бы вы были живы? Вот, Он пылает в вас, как тысяча солнц, а вы и не видите [Его], а вы и не замечаете [Его]!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
43.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Тот, кто не понял Замысла [Творца] — не понял ничего! Тот, кто ничего не понял, тот ни на что не годен, ни на что не способен. Пусть даже он молод и красив, богат и удачлив, весел и доволен собой,— как жалок он! Как ничтожен!
 
[Но] тот, кто знает о себе: “я [есть] Это”, тот становится Всем, [что существует]. И даже сам Марра, властелин тьмы, не сможет встать у него на пути, [потому что] он сметёт его [со своей] дороги одним взглядом, одним презрительным взмахом [руки].
 
Тот же, кто думает: “Это есть То, а я — [нечто] совсем другое”,— тот, заблуждаясь, трепещет, понимая своё ничтожество, и, как трусливый раб, падает ниц перед мельчайшим воплощением зла, стонет и умоляет: “О, пощади меня, мой господин!”
 
Совсем жалок тот, кто считает, что Самосущего можно увидеть, можно услышать, можно изобразить. Как можно увидеть Видящего? Как можно услышать Слышащего? Как можно отобразить Отображающего?
 
Если у тебя есть глаза, значит, Он — это также и ты. Если у тебя есть слух, [значит], Он — это также и ты. Если у тебя есть руки, [значит], Он — это также и ты.
 
Если ты, увидев некое [сверхъестественное] явление или образ, видишь в нём “бога” как кого-то “другого”, отдельного от тебя [самого],— знай: перед тобой какое-то привидение, или предок, или [умерший] родственник, или святой, или [наоборот], какое-либо из коварных воплощений зла, то и дело являющихся людям и говорящих: “Я твой бог! На колени!”
 
Если же ты вдруг ощутил и прочувствовал Чьё-то [близкое] присутствие возле [себя] и вокруг [себя], с удивлением сознавая [при этом], что ты сам — гораздо более Он, чем ты сам,— знай: ты, счастливейший из людей, коснулся Себя Самого, Вечного и Всеединого!
 
Но бесполезно [затем] говорить об этом с теми, кто не испытал [того же]: никто из них, не переживших [того же], не поймёт ни тебя, ни твоего великого восторга, ни твоего безграничного счастья, ни твоей светлой радости, ни твоей чистой слезы, ни твоих сияющих глаз.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
44.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Видящий Изначальный Свет [со стороны] похож на слепого. Понимающий Замысел [Творца] похож на несведущего. Достигший высшей мудрости выглядит как безумный, благороднейший выглядит как отверженный, достойнейший [выглядит] как презренный. Самый чуткий, самый глубокий, самый сосредоточенный [выглядит] как юродивый.
 
Обычные [люди] глумятся над ним, презирают его и с отвращением отворачиваются [от него]. Его, любящего, никто не любит; его, понимающего, никто не понимает; его, драгоценного, никто не ценит.
 
В этом — горе, в этом — ужасное противоречие! И если ты хочешь развязать этот узел, ты должен сначала понять, когда, кем и как он был завязан.
 
Чуткий — поймёт и воспримет, а не чуткий — не поймёт и не воспримет. [Ибо], если бы нечистый, нечуткий, неверный понял и воспринял, то всё сказанное Мной не было бы истиной.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
45.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Если Солнце погаснет — этот мир погибнет. Если погаснет огонь вашей веры — этот мир погибнет! Если Земля остынет — этот мир погибнет! Если прекратятся богослужения Единому, Всеблагому — этот мир погибнет! Если прекратится борьба [со злом] — этот мир погибнет! Если любовь иссякнет — этот мир погибнет!
 
Если останется хотя бы один верный — этот мир, может быть, уцелеет! Если останется хотя бы один, совершающий богослужения — этот мир, может быть, уцелеет! Если останется хотя бы один, борющийся [со злом] — этот мир, может быть, уцелеет!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
46.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Если остались ещё верные, если остались ещё чистые, если остались ещё благодарные, если остались ещё любящие, если остались ещё бесстрашные,— пройдитесь, как очистительный ураган, как смерч, как степной пожар, над смрадными логовищами зла, над ужасными крепостями Марры!
 
Очистите землю от язв, очистите воздух от зловония, очистите воды от яда, очистите города от безумия, очистите души [людей] от скверны, от порчи, от проклятия Марры!  Очистите эту землю от мертвечины! Очистите этот мир от всякого зла!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
47.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Быть верным — [значит] быть бесстрашным. Не бойтесь ничего: ни усилий, ни тягот, ни жертв, ни борьбы. Ведь вы уже победители!
 
Не бойтесь никого, ведь Я — с вами, ведь Я — впереди вас, как львица впереди своих детёнышей: кто посмеет причинить им вред, покуда [их] мать жива?
 
Смотрите, как велико ваше воинство:
 
На вашей стороне — вот эти зелёные травинки, вот эти нежные цветки, вот эти лёгкие бабочки!
 
На вашей стороне — вот эти растения и животные,— все эти красивые существа!
 
На вашей стороне — вот эти птицы, вот эти облака,— всё это светлое небо!
 
На вашей стороне — вот эти чистые родники, вот эти мощные реки и великие моря,— все эти воды!
 
На вашей стороне — вот эти Братья и Сёстры,— все эти светящиеся существа!
 
На вашей стороне — все эти звёзды, все эти благородные светила, равновеликие Митре!
 
На вашей стороне — ваша Мать, и вся Её земля, и все Её чудесные порождения!
 
На вашей стороне — великий Митра, ваш Отец, и все его просторные владения, и всё прекрасное, что в них есть!
 
На вашей стороне — закон этой вселенной и Тот, Кто его утвердил!
 
Чего же бояться вам, победителям! На вашей стороне — сама вечность!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
48.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
О Мои верные, Мои любящие, Мои любимые!
 
Соединитесь друг с другом, как стая птиц, как одна Моя семья! Прорастайте друг в друга, прочувствуйте друг друга, согревайтесь друг возле друга! Берегите друг друга, поддерживайте друг друга, любите друг друга!
 
Пусть ваша любовь будет [как] очистительный огонь, как мощное пламя, как могучий росток этого крепкого земного Древа, как бурная река, готовая стать Океаном! Пусть ваша любовь будет бескрайней, будет беспредельной, будет безграничной, как Само Единое!
 
Такую любовь невозможно победить, невозможно погасить, невозможно направить в иное [русло]!
 
Пусть ваша любовь ко всем живым [существам] будет как у матери, которая ценой [собственной] жизни защищает своего ребёнка! И пусть жизнь другого [человека] станет для вас такой же драгоценной, как жизнь вашей [собственной] матери!
 
Любовь хрупка, но всесильна, невидима, но всепроникающа, кротка, но царственна. Помните же об этом, когда смотрите на этих живых [существ], зачатых в любви! В каждом из них [сосредоточен] огонь самой Первой Любви. Так не причиняйте же им вреда!
 
Живите плодотворно, как Земля! Живите ярко, как Солнце! Живите осмысленно, как Душа-и-Дух этой вселенной!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
49.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Никому в Семье не дано права властвовать [над другими]. Никому в Семье не дано права унижать [других]. Никому [в Семье] не дано права причинять боль и страдания. Никому в Семье не дано права порабощать [другого]. Никому в Семье не дано права безраздельно владеть и обладать [другим]: мужу — женой, жене — мужем; брату — сестрой, сестре — братом; отцу — сыном, сыну — отцом; матери — дочерью, дочери — матерью.
 
Если отнять свободу у одного в Семье — она отнимется у всех. Если вернуть свободу всем — она воцарится во всей Семье.
 
Даже если отнимающий свободу отнимает её во имя [какого-либо] обычая или [прикрываясь] одним из имён Бога — [на самом деле] он отнимает [свободу] во имя беззакония, именем Марры.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
50.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Никому в Семье не дано права отвергать любовь: мужу — любовь жены, жене — любовь мужа; брату — любовь сестры, сестре — любовь брата; сыну — любовь отца, отцу — любовь сына; дочери — любовь матери, матери — любовь дочери.
 
Тот, кто отвергает любовь любящего — тот не понимает [любящего]. Тот, кто поистине понимает [любящего] — не может не любить [его]. Тот, кто поистине любит — не может не понимать [любимого].
 
Тот, кто убивает в себе любовь, повинуясь нелепым обычаям — [тот] преступник! Убийце любви нет прощения!
 
Благо с теми, кто бесстрашно преступает любые законы или обычаи ради любви, [ибо] любовь — над законом и над обычаем, над запретом и над страхом, над властью и над временем. Выше Любви — ничего нет! [Поэтому] любящий выше судьи, а возлюбленная выше закона.
 
Тот же, кто, предавая любовь, отступает перед жестоким законом или безумным обычаем, совершает нечто [такое], что страшнее кровопролития. Предающие [любовь] и отступающие [перед законом или обычаем] теряют [право на] бессмертие вместе с убийцами и с теми, кто в тёмных кумирнях пьёт кровь как вино или вино как кровь. Их следы [на Земле] смывает волна и стирает ветер.
 
[Ибо] тот, кто предаёт любовь и не раскаивается,— предаёт Бога. Тот [же], кто предаёт Бога без стыда и раскаяния, должен уйти из Моей Семьи — один раз и навсегда.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
51.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Не прячьтесь от зла, не ищите убежища от зла, а действуйте бесстрашно и дерзко для поражения и истребления всякого зла, столь нагло воцарившегося над вами и вокруг вас, [ибо] именно в этом ваша цель, именно для этого вы, мои верные, здесь, на Земле.
 
Ваши жалобы и проклятия не отпугнут теней зла, что сгустились вокруг [вас]. От этих зловещих теней никуда не убежать: они будут преследовать вас по пятам, куда бы вы не попрятались. Эту страшную тьму истребит лишь пламя ваших жарких костров, зажжённых вами для себя и для других.
 
[Итак], не бегите от жизни, столь явно оскверняемой злом, а утверждайте жизнь и искореняйте зло повсюду, где только найдёте [его]. Поступайте так изо дня в день, изо дня в день, и вскоре вы увидите, как быстро преобразится весь этот живой мир, ваш союзник, и как поспешно отступит посрамлённое зло!
 
Помните всегда, что зло будет [окончательно] истреблено только тогда, когда люди помогут Созидающему, Завершающему Своё Творение в этой великой битве [со злом]!
 
Помните всегда, что каждое мгновение жизни, не посвящаемое делу добра, посвящается делу зла! И каждый прожитый день, в котором не было места созиданию, не было места сохранению созданного, не было места милосердию, не было места любви,— прожит напрасно, прожит бесполезно, прожит зря!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
52.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Ничего не делайте сами! Пусть Вездесущий, Совершенный, Величайший делает всё, что Он желает делать, через вас. Пусть Он, Самодостаточный, Невозмутимый, Неподвижный, через [ваши] дела проявляет Свою волю, Своё всемогущество.
 
Не обманывайте себя: “Вот, я делаю нечто доброе. Делаю это сам, делаю это для себя, делаю это для других.”
 
Очнитесь же от этого наваждения, избавьтесь же от неведения, и поймите, [что] это Он делает то, что [ты] делаешь! Он делает это через тебя и для Себя; он делает это через Себя и для тебя.— Ведь вы с Ним едины!
 
[Поэтому], прежде чем делать нечто, [нужно] понять: ”какого именно дела и исполнения Он ждёт от меня?”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
53.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Тот, кто не очищается, тот, кто не совершенствуется, тот, кто не бодрствует [даже] ночью, во сне,— тот уже умер, тот мертвее мёртвого. Движение, действие, бодрствование — свойство бессмертных. Кто осуществляет это [свойство], тот не умрёт навсегда, но вернётся [в этот мир], потому что непрестанное делание, действие, созидание,— это [и есть] основное богослужение, это [и есть] основная жертва, через которую [достигается] освобождение от смерти, освобождение от страха, освобождение от страданий.
 
Но так же, как чистые и верные никогда не сажают ростки прямыми рядами, а сажают каждое дерево туда, куда укажет им чуткое сердце,— так же и вы не рассчитывайте ничего заранее: “вот это я сделаю сегодня, [а] это — завтра”. Делайте то, что следует делать, [лишь] тогда, когда оно делается как бы само по себе, тогда, когда явится подлинное желание делать должное, необходимое, благое: хоть днём, хоть ночью, хоть в дождь, хоть в снег.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
54.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Человеку известны пять путей служения: служение живым [существам], служение людям, служение поколениям [предков], служение Отцу и Матери, служение Душе-и-Духу этого Мироздания.
 
Человек кормит и спасает [от гибели] животных, человек предлагает [пищу] голодному, человек приносит жертвы умершим [родственникам], человек заботится о земле и склоняется перед солнцем, человек познаёт этот мир [и] познаёт себя как Себя Самого во всём Своём вселенском Единстве.
 
Но существуют чудовища, называющие себя людьми, которые не следуют ни одному из этих путей [служения]! Ну как таковые могут называться Моими [детьми]?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
55.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Действие, за которое не ожидают награды, становится священнодействием.
 
Пусть все ваши дела будут таковы! Пусть всякий труд станет бескорыстным богослужением!
 
Сажая дерево, не думай о том, кто будет вкушать его плоды: ты сам или кто-то другой,— потому что кто бы их ни вкушал, их будет вкушать Всеединый. Что бы ты ни делал, не забывай об этом, [и тогда] любая твоя самая простая работа станет высоким богослужением!
 
Даже если ты просеиваешь зёрна или копаешь землю, думая об этом,— ты светел, ты чист, ты един с Единым, ты — само Божество!
 
[Итак], нисколько не думая о награде, делай всё, что хочешь, делай тогда, когда захочешь,— и тогда любое желанное делание  станет должным, станет самым необходимым!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
56.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Сын должен возвышаться над дочерью, [ибо] такова его природа. Дочь же должна подчиняться сыну, [ибо] такова её природа. Если дочь возвысится, а сын подчинится, она перестанет быть женщиной, а он — мужчиной.
 
Если бы Гайя возвысилась, а Митра подчинился, эти пространства погрузились бы во тьму.
 
Сын идёт [по жизни], дочь, если она одинока или строптива — не идёт [по жизни], а блуждает. Чтобы и ей идти, она должна следовать [за мужчиной].
 
Если бы Гайя не следовала за Митрой,— Она, бесплодная, блуждала бы в кромешной тьме.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
57.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Камень твёрже воды, но вода — бессмертна, а камни разрушает время.
 
Будьте же мягкими и уступчивыми, как вода, и станете бессмертными, как капли воды в море без берегов!
 
Нежной траве — жить, сухому дереву — умирать. Чтобы жить вечно, нужно быть податливыми, как зелёная трава, и никому не сопротивляться, ничему не противостоять, даже приближающейся смерти. Страх [перед смертью] — это уже противостояние, уже сопротивление, уже борьба [за жизнь]. Именно из-за этого страха живые [существа] и умирают.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
58.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Не стремись к совершенной святости, если видишь, что [тебе её] трудно будет достичь.
 
Если кто через силу, кряхтя, кое-как всё-таки становится поистине великим святым,— на другом конце света кто-то невольно становится ужасным убийцей.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
59.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Когда ты бросаешь в тихое озеро камень, то круги по воде [пойдут] во все стороны: и направо, и налево.
 
Не огорчайся, глядя на это, и не отказывайся [из-за этого] бросать в воду камешки. Посмотри: повсюду [именно] так проявляется Закон, который не ты установил, который не тебе изменять, которому нельзя сопротивляться. Поэтому смело бросай [свои камешки в воду], не касаясь лишь тех [камней], которых не сможешь поднять, чтобы бросить [в воду].
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
60.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Не валяйся в грязи намеренно, как [это делают] свиньи!
 
Но если ты, случайно поскользнувшись, упадёшь в [грязную] лужу и станешь грязнее самой грязной свиньи,— не пугайся, не огорчайся, не плачь! Никто тебя не осудит, а если кто-нибудь и осудит, то [тем самым] возьмёт твою грязь на себя!
 
Упав, поднимайся скорее и, очистившись , смело иди дальше, куда шёл, не оглядываясь назад и не причитая: “О, какой позор! О, как это пережить!” До конца очистившись, посмотри: ведь ты снова чист, как будто и не падал!
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
61.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Есть только одна [нравственная] обязанность [перед человеком]: не умножать зла. Разве она чрезмерно обременительна?
 
Есть только один прямой путь: путь свободы. Разве он слишком труден?
 
Есть только одно благородное чувство: это любовь. Разве оно слишком тягостно?
 
Есть только одна мера у человека: это справедливость. Разве она недостаточно точна?
 
Человек создан таким чистым, таким прекрасным, таким свободным! Зачем же он сам себя оскверняет, сам себя обезображивает, сам себя продаёт в рабство?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
62.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Если способен петь, то лучше пой, а не говори, потому что в звуке больше смысла, чем в слове; потому что в пении без слов больше глубины, [чем в речи].
 
Когда в весенней роще поют мелкие птички, [то] в их пении больше смысла, больше глубины, больше божественной мудрости, чем в речах всех мудрецов, [когда-либо] живших на земле.
 
Поэтому и светила поют охотнее, чем беседуют. О, если б ты мог хоть однажды услышать эти чудесные голоса! Тогда бы ты сказал Мне: ”О Мать, не надо больше слов! Я всё понял, я потрясён! Я плыву в океане безграничного счастья! Я уж и сам — как сияющая волна, затерявшаяся посреди этого бесконечного блаженства! Ты видишь — я рыдаю от наслаждения, о котором ничего не знал раньше! Как мне унять эти слёзы? О, дивные голоса! Я таю в них, как слезинка,  упавшая в море без берегов!”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
63.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Этот мир жив только непрерывным богослужением. Если повсюду прекратятся богослужения — этот мир погибнет.
 
Плодоношение растений — это богослужение растений. Их плоды посвящены Гайе, их семя, которое в плодах, посвящено Митре. Но их сладость, их вкус, их спелость, их совершенная красота — посвящены Тому, Кто наслаждается их сладостью, их вкусом, их спелостью, их совершенной красотой.
 
Плодоношение живых [существ] — это богослужение живых [существ]. Их приплод посвящён Гайе, их тепло, которое в приплоде, посвящено Митре. Но их резвость, их сила, их совершенная красота посвящены Тому, Кто, созерцая, наслаждается их резвостью, их силой, их совершенной красотой.
 
В плодородии земли — основное богослужение Джаны. В саморасточении солнца — основное богослужение Митры. В трудах, в деяниях, в свершениях — основное богослужение человека.
 
Если каждое его действие станет священнодействием, то каждый [человек] станет священнослужителем, каждый домашний очаг — жертвенником, каждый дом — святилищем.
 
Человеку присущи девять основных видов богослужения: [богослужение] как священнослужение, как [молитвенное] обращение, как созидание, как поддержание созданного, как любовь к живым [существам], как борьба [со злом], как познание [мира], как любование [миром], как созерцание [мира].
 
Таковы девять присущих [человеку] видов богослужения. Из них шесть первых — наивысшие, потому что через них, подражая Всеблагому, Всенаполняющему, Всеединому, подобно Ему, стремятся больше отдать, чем взять.
 
Всё живое объединяется друг с другом в одном великом Богослужении. С ним они восходят к Всевышнему. Он же, Всеединый, Всеохватный, Всеблагий, движимый лишь состраданием и любовью, нисходит ко всему живому в Своём великом Чадослужении.
 
Через богослужения они восходят к Нему. Через чадослужения Он нисходит к ним. И Тот, и другие идут к великой Встрече, к великому Сплочению, к великому Объединению. Так Он и они, движимые любовью, идут навстречу друг другу.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
64.
 
Пиши: Говорит Джана, мать, душа земли.
 
Тот, кто ест грибы и жуёт листья,— [тот] знает, что вокруг [сосуществует] много чудесных миров и миров ужасных. [Тот] входит в одни входы и выходит в другие [выходы].
 
О да, тут и там, и повсюду [есть] двери, [ведущие] во множество волшебных, опасных, странных миров! Там можно бывать, [но] невозможно жить [людям]: там нет Матери, там нет Отца-Митры, там не течёт святая Саома. [Поэтому] эти миры принадлежат не вам. Входите в них с осторожностью, [и] с осторожностью выходите [из них]. Уважайте живущих там [существ] и не будьте назойливы.
 
Встречайте с открытым сердцем приходящих [оттуда существ] и с открытым сердцем провожайте [их назад]. Они для вас — чудовища, но ведь и вы как бы чудовища для них. [Поэтому] никогда не бойтесь [их] сами и не пугайте их. Будьте дружелюбны и неподвижны [в их присутствии]: не кричите, не пойте, не бегите, не размахивайте руками. Неподвижно перемещайтесь туда и оттуда, неподвижно плывите, неподвижно летайте, неподвижно наблюдайте и удивляйтесь: “О да! о да! чудесны и неисчислимы миры Всеединого!”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
65.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Когда умирающие уходят [из жизни], что они познают после [смерти]?
 
Свободу, беспечальность, отсутствие боли, отсутствие страсти, отсутствие нужды. Лёгкость проникновения во многие миры.
 
То, что их окружает — ни тьма, ни свет. Всё видимое проступает из как бы невидимости посредством как бы света, источаемого тем, кто, уйдя, видит невиданное прежде, несясь вперёд как отчётливая отдельность, никак не сопряжённая со временем, оставшимся далеко позади.
 
Всё, что проступает из как бы внешней невидимости, [на самом деле] проступает из него самого, проступает изо всей его изначальной бездонности. То, что проступает, сначала является [ему] как внешние образы, как устрашающие видения. Это из него самого проистекают бесчисленные видения, поэтому глупо бояться их. Да, их вид ужасен, но они не могут причинить [ему] никакого зла. Да, они проступают как бы извне, а ведь на самом-то деле они образуются из его же глубин. Все они совершенно призрачны, хотя и зримы. Они отделяются от уходящего так же, как перед тем [от него] отделилось тело. Их отделение от уходящего — это его освобождение [от них]: ведь он должен освободиться от всего, что отягощает легчайшую цельность души, прежде чем [умерший] до конца перейдёт свой первый рубеж.
 
Какова действительная опасность [на этом] пути? Поистине опасно устрашаться призрачными видениями. Страх [перед видениями] бывает так силён, что способен изнутри разорвать дух на множество клочков, которые уж никогда не собрать в единую цельность. Этот страх превращает душу в беззащитное облако, готовое вот-вот развеяться от легчайших дуновений [ветра]. О да, только один этот беспричинный страх немудрых душ перед безвредными призраками поистине убивает! [Лишь] избавившись от страха перед устрашающими видениями можно пройти весь путь до конца, сохранив изначальную целостность [души]. А это трудно лишь тем, кто запятнал себя [человеческой] кровью: их, [запятнанных кровью], ждёт [такое] испытание, которое ввергнет в ужас самого бесстрашного из бесстрашных!
 
О Мои верные! В вашей жизни есть две коварные ловушки, устроенные Маррой! Остерегайтесь же этих двух [ловушек] изо всех сил:
 
Избегайте преступлений и причинения зла, и вы избежите первой [ловушки].
 
Никогда не забывайте о скоротечности [земной] жизни и о своём вековечном единстве с Единым! Ведь это благое Могущество, эта Безграничная Воля, эта Непреходящая Радость,— это каждый из нас! Не поняв этого сразу и сейчас, бойтесь не понять этого никогда!
 
Бойтесь не успеть понять [своего] единства с Единым! Бойтесь [после смерти] потеряться в пустоте! Бойтесь страха [перед смертью], и вы избежите второй ловушки.
 
Ни на миг не забывайте [о том], что каждый из вас един с Владыкой Мира и сам этот Мир! Постоянно помнящий об этом — бессмертен и всемогущ! Забывший [об этом] или не успевший понять — уходит в никуда!
 
Древо Мира рождает и листья, и семена. Листьям — опасть и истлеть, семени — возродиться и самому стать Древом [Мира]. Вам [даны] власть и выбор решать, кем стать: тленным листом или нетленным семенем. [Земная] жизнь коротка для всех, [а] бытие вечно! Но оно — [лишь] для чутких и мудрых!...
 
[Итак], когда перестанут устрашать [устрашающие] видения, когда удалятся ни с чем кружки тусклого света и раскалённые шары слепящего света, и перед уходящим предстанет круг света, на причудливое сияние которого так приятно смотреть,— значит, настало время перейти второй рубеж. Нужно довериться этому лёгкому сиянию и устремиться вслед за ним. Этот светоч добр и благ, его незачем опасаться. Он встречает [души умерших] лишь для того, чтобы помочь [им] в пути. Когда он является, страховидные видения и шумы, один за другим, навсегда исчезают.
 
Когда второй рубеж [будет] преодолён, [для умершего] откроются иные пространства. [Но] об этом ничего нельзя сказать [словами]. Любые слова становятся бесполезны. Никем из вас не будет верно понято, если Я и скажу что-либо [об этом]: радость очищения, радость встреч, радость узнаваний, радость признаний, радость осуществляемых волений, радость инакопознания, радость отсутствия преград, радость безмерного могущества над созидаемыми или не-созидаемыми, то невеликими, то бескрайними самосущими мирами,— всё это никто не способен передать словами, которые есть [в языке].
 
Какова [дальнейшая] участь неустрашённых в пути, сохранивших изначальную целостность духа?
 
Немногие поистине великие герои и святые, завершившие свою земную судьбу во всей полноте, устремляются далее без сожалений и печали. Их дальнейший путь прям: все они достигают Единого Истока и сливаются с Ним в Одно Целое, неотделимое от Него Самого. Побеждённые или непобеждённые, за чертой времени они объединяются с Победителем. Но не этими из уходящих познаётся наконец Всеединое, Тайное, [а] Всеединое и Тайное принимает в себя этих [святых], добавляющихся к Нему, [подобно тому], как капля воды, добавляясь к озеру, сливается с ним. Поэтому эти святые, уходя, не восклицают: “о, я теперь знаю!”, но постигают бесстрастно: “теперь я познан, я нужен, вот — я нашёл Себя Самого, Я вернулся к Самому Себе.”
 
Все остальные, праведные, неустрашённые в пути, скорбя от [осознания] незавершённости своей [земной] судьбы, не позволяют себе преодолеть последний рубеж, отделяющий их от Первоистока, и остаются между Землёй и Единым Истоком, между временем и вне-временем, между пространственным и вне-пространственным, ожидая возвращения [на Землю] в прежнем образе, чтобы осуществить не [до конца] осуществлённое, выполнить своё недовыполненное, завершить оставшееся незавершённым. Все они должны вернуться ко Мне, чтобы завершить свою [земную] судьбу до конца,— кто на год, кто на тысячу [лет], кто на тысячу тысяч [лет].
 
Вот почему все они так дороги Мне. Вот почему я жду их возвращения [на Землю]. Вот почему те, кто ныне при Мне, должны помочь им вернуться. Ведь это [их возвращение] возможно лишь вашими трудами!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
66.
 
Пиши: Говорит Джана, мать, душа Земли.
 
Никто не рождается навсегда. И никто достойных жизни и возрождения не умирает навсегда. Рождение предвещает смерть. Смерть предвещает [новое] рождение.
 
О да, у святых наилучшая участь: они, уходя, навсегда соединяются с Изначальным Светом, навсегда становятся им самим. Но много ли среди вас святых? Всё ли вы сделали, чтобы иметь право не возвращаться ко мне? [Всё ли вы сделали], чтобы не желать более возвращения? Я же говорю не о них, [святых], а о вас.
 
Но так же, как смерть — ещё не поражение, [так же и] ваше [будущее] возрождение — ещё не победа. Живя во времени, нельзя победить раз и навсегда, но можно всегда побеждать: тот, кто на стороне победителей — терпит поражение; тот, кто на стороне терпящих поражение — становится победителем.
 
Тот, кто так же, как Я, выбирает борьбу, чтобы побеждать и побеждать во времени — един с жизнью и смертью. Тот же, кто навсегда отходит от борьбы — тот вне жизни и смерти, великий святой, покоритель времени, неотделимый от Божества.
 
Благо — иногда с теми, иногда с этими. Отсутствие блага — иногда с этими, иногда с теми. [И] те, и другие — необходимы. Чтобы не сбиться с пути, нужно [спросить себя самого]: “Где мне быть — во времени или вне [его]? Куда мне пойти — туда или сюда? С кем мне быть — с этими или с теми? Где мне осуществлять благо — вон тут или вон там? Где будет больше добра от [моих] усилий?”
 
Каждый должен сам спросить [об этом] у своего сердца, и каждый должен [сам] найти [верный] ответ. Все чистые [существа] выбирают [свой Путь] сами. Никто, даже Мать, даже Отец, не вправе выбрать ответ [за них].
 
Над вопросом и над ответом, вне выбора и вне отсутствия выбора — Он Один, Сущий вне времени, Бытийствующий во времени, Всеблагий, Невозмутимый, Победоносный, Вездесущий там и тут, всегда и везде, Неуловимый и Находимый повсюду, Чистейший и Величайший, Исполненный Любви, Милосердный, Источник Совершенного Света и Совершенного Знания! Единственный, по-праву говорящий: “Я Есть!”
 
О Единое, Невыразимое Божество!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
67.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Каковы нечистые существа, омерзительные выкидыши Марраны?
 
[Те], кто, подкравшись ночью [к спящему], сосёт чужую кровь.  Кто, проникнув в чужое тело, поселяется там и сосёт чужие соки.  Кто, чтобы насытиться, выклёвывает глаза чужим детёнышам и, ослепив их, затем улетает. Кто крадёт по ночам чужой урожай, обрекая собравших [его] на голодную смерть. А также [такие] растения, чьё смрадное цветение привлекает не пчёл или бабочек, а зелёных мух и жуков, поедающих падаль.
 
Истребляйте этих нечистых тварей повсюду, где только увидите!
 
Каковы чистые существа, Мои создания? Все остальные.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
68.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Нет неизлечимых болезней, [но] есть неизлечимая глупость [тех], кто не знает, у кого искать исцеления.
 
Для Семелы, когда она кругла, нет неизлечимых [болезней], и для Джаны нет ничего невозможного, и для Митры нет ничего невыполнимого. Но кто, болея, обращается к [этим] великим целителям? И вот, неумные идут к неумелым [врачам], которые могут “излечить” только от жизни.
 
Три великих [целителя] не берут иной платы [за лечение], кроме веры и благодарности [за исцеление]. Какова сила веры, такова и мощь исцеления. Какова глубина [искренней благодарности], такова и крепость [здоровья].
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
69.
   
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Дочь, купающаяся в излучении Семелы, когда Она кругла, становится прекрасной, становится желанной, становится неотразимой! Ни один сын не способен [будет] сопротивляться её чарам!
 
Клянусь Изначальным Светом, если бы Я [обходилась] без Семелы, без Её тихого сияния, Я была бы одинока и бесплодна, и Митра не взглянул бы на Меня, и этот мир стал бы мёртвой пустыней!
 
Ни один [брачный] союз не обходится без Её [положительного или отрицательного] влияния, ни одни месячные не завершаются без Её [участия], ни одна беременность не разрешится без Её [вмешательства] успешными родами.
 
О Семела, великая повитуха! Её просите о разрешении [от бремени]! Её благодарите за рождение здоровых [младенцев]!
 
О Дева, покровительница девушек! Таинственная, молчаливая, чистая душа! Воспламенительница любви, возжигательница [домашних] очагов! Отчего так неблагодарны те, кому Ты приносишь столько счастья?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
70.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
О Мои верные, Мои чуткие, Мои любящие, Мои трепетные, Мои живые!
 
Если в силах, не соблазняйтесь коварными и вкрадчивыми [речами] вот этих, приходящих с гноящимися глазами, с нечистым дыханием приближающихся столь близко к лицу, говорящих:
 
“О, какая у нас есть для вас тонкая ложь! О, какой изысканный обман! О, как темно, как смутно наше великое лжеучение! О, как причудливы в нём различные бредни! О, какое зрелое, какое древнее это наше глубокое суеверие! О, ему уже сто, и ещё сто лет! О, как это много для вас, живущих так мало!”
 
Всегда, всегда помните, что есть зрелость, в сто раз более зрелая; есть древность, в тысячу раз более древняя; есть мудрость, в сто тысяч раз более мудрая, и есть глубина, в тысячу тысяч раз более глубокая!
 
Да, да, есть живые истины, поистине живые и чистые, поистине прозрачные, как морская вода!
 
В глубоком море не видно дна из-за глубины, а в [мутной] луже не видно дна из-за грязи. И там, и тут не увидишь дна, но разве мутная лужа столь же глубока, как чистое море?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
71.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Устаревшее учение отвратительно, как молодящаяся старуха, преследующая правнуков своих ровесниц.
 
В глазах новорожденного младенца больше ясности, больше глубины, больше чистоты, больше мудрости, чем в слезящихся глазах дряхлого старца, давно выжившего из ума.
 
Если вы хотите взглянуть в лицо самой глубокой древности — вглядитесь в лицо только-что родившегося. Новорожденное дитя — [это и есть] вновь ожившая глубокая древность, это чудесная тайна, это сама святость, это воплощение божества.
 
И каковы первые звуки, произносимые младенцем? Это священные слоги: “Со-ам!” при вдохе, “Ам-са!” при выдохе,— “Я [есть] Это!”, “Всё Это — Я!”
 
И каковы [его] первые слова? Это слова [молитвенных обращений]: “Ма! Ма!”, “Ахумм!”
 
Вот Я, Мать, родила для вас этого младенца!.
 
Клянусь его пресветлым Отцом: тот, кто осмелится поднять руку на это дитя,— тот потеряет голову! Это Я, Мать, обещаю всем Моим врагам!
 
Клянусь его пресветлым Отцом: тот, кто, любя, позаботится о нём, пока беззащитном,— о том и Я позабочусь, любя. Это Я, Мать, обещаю всем Моим друзьям!
 
Верный, узнав об этом [младенце], конечно, позаботится о нём. Неверный, узнав [об этом младенце], конечно, будет преследовать его, будет пытаться уничтожить его.
 
Именно потому, что это дитя — поистине живое, ему не избежать злобных нападок [со стороны] поистине [духовно] мёртвых. Именно потому, что это дитя — [поистине] живое, оно не погибнет, а окрепнет; не зачахнет, а расцветёт; не ослабнет, а закалится; не исчезнет, а победит!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
72.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Среди вас неверные — [это] те, кто говорит, что Земля мертва, что она не [живое] существо, что она не личность, что в ней нет души.
 
[Это] те, кто говорит, что Солнце мертво, что оно не [живое] существо, что оно не личность, что в нём нет души.
 
[Это] те, кто говорит, что Вселенная мертва, что она не [живое] Существо, что в ней нет Души.
 
Неверные также и те, кто убивает без раскаяния, кто проливает кровь чистых [существ], кто, надев жреческие [одежды и знаки], благословляет на убийства, благословляет на смерть, благословляет на сражение.
 
Кто пьёт вино не как вино, а как человеческую кровь, и ест хлеб не как хлеб, а как человеческое мясо, даже и не понимая [того], что совершает ужасающий грех, что совершает нечто чудовищное!
 
Кто поклоняется орудиям пытки или убийства: плахе, петле, крюку или крестовине,— всему [тому], что [было] придумано Маррой для причинения мучений, для истребления жизни, для умножения смерти.
 
Кто поклоняется молодым баранам как единственным сыновьям Божьим.
 
Неверные также и те, кто утверждает, что Марра всесилен, что зло непобедимо.
 
О Марра, проклятый! Как сильно его наваждение, если [люди] поступают так!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
73.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Неверные также и те, кто велит отречься от [своих] отца и матери, кто заставляет проклясть своих родителей, кто убеждает оставить [их].
 
Не поступайте же так, [как велят неверные]!   В каждом отце пылает священный огонь Отца-Митры; иначе он не смог бы стать отцом. В каждой матери заключена сущность Матери-Джаны; иначе она не смогла бы стать матерью. Как же их можно бросить, и [при этом] остаться человеком? Так как же их можно проклясть, и остаться чистым [существом]?
 
Неверные также и те, кто смеет называть чужих: “свинья”, пёс”, “собака”.
 
Неверные также и те, кто поклоняется [мёртвым] человеческим костям, в безумии [своём] ожидая от них нечто [полезное] для себя. Слепые, они в мёртвом видят нечто живое, а в поистине живом — мёртвое!
 
О Марра, проклятый! Как [же он] ещё силён! Ведь без его [участия] такое ужасное заблуждение было бы невозможным!
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
74.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Неверные [также] и те, кто полагает себя рабами [божьими]. Предвечному, Невозмутимому, Самодостаточному не нужны рабы. Ему нужны любящие и свободные, чистые и справедливые. Раб же не может любить [своего господина]. Раб может только бояться и ненавидеть того, кто его поработил.
 
Кто же поистине порабощает? Кому поистине нужны рабы? Кого поистине следует бояться и ненавидеть? Марра поистине порабощает. Марре поистине нужны рабы. Марру поистине следует бояться и ненавидеть.
 
Не будьте же рабами [Марры]! Но будьте свободными, чистыми, любящими и благородными [существами]!
 
Вы рождены свободными — такова ваша природа. Свободным присуще бессмертие — такова их природа. Бессмертным присуще благородство — такова их природа. Благородным присуще достоинство — такова их природа. Благородные не носят цепей, на них нет [рабского] клейма, они не носят ошейник. Так будьте же свободными, будьте бессмертными, будьте благородными! Не порабощайтесь сами и освобождайте из рабства порабощённых!
 
Не бойтесь неверных, подстрекаемых Маррой, не бойтесь их брани, их клеветы, их поношений! [Всё] это пройдёт так же быстро, как и появится. Не замечайте [всех этих] неистовых нападок! Не отвлекайтесь на них! Они недостойны вашего внимания!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
75.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Неверные [также] и те, кто посещает тёмные сборища рабов, где [они] говорят: “Да, мы рабы! да, мы стадо! Нам, скотам, нужен пастух с бичом! Вот, мы прячем головы от свирепой ярости нашего господина! Вот мы, сбившись в плотное стадо, [все] вместе молим его о пощаде!”
 
Их господин — не Всеблагий, не Предвечный, не Самосущий,— [ибо] Он не мстителен, Он не злопамятен, Он не гневлив. [Ибо] Он спокоен и благ, чист и невозмутим.
 
Кто же поистине мстителен? кто поистине злопамятен? Кто жесток и свиреп? Марра мстителен, Марра злопамятен, Марра жесток, Марра свиреп. Перед ним неверные склоняют головы, опасаясь [его гнева].
 
Его они боятся, его гнев их ужасает. Это он, [Марра], их господин. Он их казнит, он их милует, он их сбивает в стадо. Он их бичует, он [их] истязает, он управляет их телами, он управляет их душами. Он их обманывает, он сулит им несбыточное, он награждает их ударами, он заковывает [их] в цепи, он подстрекает [их] на зло.
 
Не посещайте же рабские кумирни, где они проводят свои сборища! Там нет истины, там нет свободы, там нет любви, там нет радости, там нет чистоты, там нет воздуха, там нет яркого света, там нет никакой святости! В любом чистом дереве, в любой чистой птице, в [любом] чистом источнике больше святости, чем во всех их святынях, где царит страх, где [царит] тьма, где [царит] унижение, где [надо всем] этим возвышается Марра, их ужасный властелин,— злобный, лживый, безжалостный!
 
Как же отличить ложные учения неверных от истинного [учения]? Лжеучение порабощает [душу]. Истинное учение освобождает душу. Истинные учения приводят к миру и любви. Ложные [учения] приводят к войнам и ненависти. Если [какое-либо] учение хоть однажды побудило пролить [человеческую] кровь — оно является ложным. Поэтому ваши [теперешние] учения являются ложными и зловредными, [ибо] из-за них были пролиты целые моря [человеческой] крови.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
76.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Неверный подобен ослу, что ходит кругом жернова день за днём, за годом год, ходит и ходит, сбивая копыта, мозоля шею, [ярмом]. Он прошёл уже столько, что мог [бы] трижды обойти Землю,— да так и испустил дух, никуда не придя.
 
Таковы все неверные, что бродят и блуждают во тьме, да так ничего и не находят. [И только] освободившись от ярма [своей] пустой жизни, наконец видят, что страдали зря.
 
Если бы [они] могли, то кричали бы своим [детям и родным]: “Хотя бы вы не впрягались в это проклятое ярмо!” — Да только те не слышат и впрягаются, и повторяют ничтожный [жизненный] путь своих [предшественников].
 
О, как больно и тяжко Мне видеть [всё это] сто лет и ещё сто [лет]! Тысячу лет и ещё тысячу [лет]!
 
О, как много им, [неверным], было Моих зримых явлений! Как много им было ясных пророчеств и откровений! Они смотрят — и не видят, они слушают — и не слышат, они внимают — и не понимают!
 
Таково Материнское горе: глядеть на этих, от рождения мудрых, от рождения прекрасных, от рождения совершенных, а ныне — злосчастных уродцев, с детства ослепляемых, с детства оглушаемых, с детства оглупляемых, с детства оскопляемых проклятыми слугами Марры!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
77.
 
Пиши: Говорит Джана, мать, душа Земли.
 
Что за веселье у вас, что за радость в смрадных логовах Марры? Чем вас влечёт нечистая еда, гнусные зрелища, безмозглые вожди, алчные лжепророки?
 
Чем вы живы и зачем [вы] живёте, обманутые кругом и со всех сторон заколдованные?
 
О сухая листва! О пыль на ветру!
 
Во мраке и нечистотах, как слепые белые черви, вы живёте и размножаетесь, не стремясь ни к свободе, ни к истине, ни к бессмертию, и в этой же слепоте умираете, а ложные учителя, глумясь и [про себя] усмехаясь, зарывают [ваши тела] в землю и приносят [их в] чудовищную жертву гнуснейшим из выкидышей Марраны: чёрным жукам, белым червям и серым крысам!
 
И это судьба совершеннейших из моих порождений!
 
о проклятое мощное зло! Неужели ты побеждаешь в этой [части] вселенной? Неужели сияющий Митра, мать и Её дети не возобладают над тобой, коварным?
 
О Материнское горе! О горькие слёзы! О отчаяние!
 
Ещё и ещё взываю к вам, немногие [духовно] живые, немногие свободные, немногие мудрые, немногие верные:
 
Слепой и зрячий, [находясь] во тьме, не видят оба. Когда же вносят свет, тогда зрячий видит, слепой же остаётся во тьме.
 
О зрячие, объятые тьмой! Почему вы не ищете света?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
78.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Почему первые не уклонялись от Моего пути, а последующие предались ложным учениям, поддались внушениям Марры? Отчего последующие забыли всё, что так хорошо знали первые? Где [сейчас] следы истинного [знания]? Я ищу их, и не могу [обнаружить]. Все [ваши] лжеучения ведут только к Матереубийству, ведут вас в холодные объятия Марраны.
 
Светлячки светят в ночной тьме, но когда восходит Солнце, они гаснут, и их уже [становится] невозможно отыскать в густой траве. Так же и призрачный свет ложных [учений]: когда Мать восстановит истинное [знание], кто вспомнит о ваших [сегодняшних] лжепророках? Куда они попрячутся, посрамлённые?
 
Не преследуйте же их, лживых обманщиков, когда [это] произойдёт! Их позор — это уже страшное наказание!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
79.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Мать желает видеть властвующими [на Земле] Своих детей, [а] не нечистых рабов Марры. Здесь, на Земле, должны повелевать любящие, должны царствовать милосердные, должны приказывать кроткие, должны возвышаться чистые.
 
Да будут низвергнуты злобные, да будут опрокинуты неверные, подчинённые ложным [учениям и богам]! Да будут изгнаны кровожадные [и] алчные прислужники зла, да будут попраны нечистые, запятнавшие [себя] чужой кровью! Да будут сметены беспощадные, оскверняющие себя ужасным Матереубийством!
 
Так Я, Мать, желаю! [А] Мои дети исполнят [это Моё желание]!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
80.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Каут сказал: “Кто всех меньше и неприметнее,— тот и ближе всех к Митре, и поэтому только поистине  всех вас мудрее.”
 
Хаттар сказал: “Преизбыток самых дивных украшений выглядит как боевые доспехи, внушающие страх перед Тем, Кто никому и не желает никакого зла, [а наоборот], хочет, чтобы Его любили.”
 
Инанна сказала: “Чистая красота, затмевающая все одежды и все украшения, видится как чудовищный порок теми [из людей], кто сам — глубоко порочное чудовище. Поэтому чистота души проверяется какой-нибудь вдруг открывшейся сияющей красотой. Поэтому слуги Марры разбегаются, изрыгая проклятия, перед ней, сияющей, для них нестерпимой.”
 
Каутопат сказал: “Тот, кто не щадил Гайю, прийдя ко Мне, назад не вернётся. Храбрые и милосердные вернутся назад с богатыми дарами.”
 
Аннон сказал: “[Те], которые от души любили, а затем от души предали, вскоре совершат ещё одно [предательство].”
 
Семела сказала: “Великих пророков и пророчиц, вдохновляемых Мной, ныне не больше и не меньше, [чем прежде], но теперь мертвоглазые держат зрячих на цепи, в каменных клетках, не выпуская [их наружу] и не позволяя [им пророчествовать]. Если бы мертвоглазые имели такую же страшную власть [и] в прошлом, мир был бы [духовно] мёртв: в нём не было бы ни святилищ, ни храмов, ни священных книг, [ни] великих учений, а люди ползали бы в грязи,  вместе с дикими свиньями, поедая за ними блевоту и испражнения.”
 
Митра сказал: “Тот, кто нечист, пусть поспешит [очиститься], чтобы уцелеть после [того], как вскоре случится нечто. Тот кто нечист и не очищается,— мне тебя жаль! Ведь скоро тебе станет страшно, очень страшно.”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
81.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Почему [именно] через тебя говорится Мной то, что говорится? Может, ты сильнее, ты совершеннее, ты выше, ты достойнее [других]? Нет! Ты не сильнее, ты не совершеннее, ты не выше, ты не достойнее  [других]!
 
Через тебя говорится Мной то, что говорится, потому что твоя чуткость страшна, как [душевная] болезнь. Твоя чуткость больна, как живое тело с только что содранной кожей. Твоя чуткость опасна, как чрезмерно натянутая струна, вот-вот готовая лопнуть. Твоя чуткость чувствительна, как снежная лавина, ждущая далёкого эха, чтобы сорваться вниз.
 
О, да, твоя чуткость больна, как болезнь! Но разве я назову эту как бы болезнь твоим достоинством, твоим преимуществом перед остальными [людьми]? Нет! Я назову болезнь — болезнью!
 
Поэтому не принимай своё служение за избранничество! Ты — [всего лишь] тот, кто слышит лучше, тот, кто записывает быстрее, тот, кто понимает яснее!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
82.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
О чадо, даже твои падения — драгоценны, даже твой плач — драгоценен, даже твои слёзы — драгоценны!
 
Всё, всё в тебе драгоценно: даже твои заблуждения, даже твои ошибки, даже твои оплошности!
 
Невинна твоя слабость, простительно твоё несовершенное понимание, трогательно твоё раскаяние!
 
Всё, всё уравновешивает наша равновеликая любовь: чиста твоя слеза, чиста Моя слеза,— обе они одинаково чисты, одинаково светлы, одинаково прозрачны! Обе они одинаковы во всём: одинаково горьки, одинаково жгучи,— одинаковы и равноценны!
 
[Но] как обо всём этом скажешь словами! Какой язык избрать, и какие слова [употребить], чтобы ты, любимый, утешился, чтобы ты не плакал?
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
83.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Сердечное сострадание превращает в сострадающего того, кому сострадают. Искренняя любовь превращает в любящего того, кого любят. Сокровенное знание превращает в знающего того, кому оно было передано. Глубокое учение делает учителем того, кто проник в [его] глубину. Высокая весть превращает в вестника того, кому она была доверена. Святое служение делает священнослужителем того, кому оно было поручено. Чистый свет превращает в светоча того, кому он был передан.
 
Вот почему ты, мой верный митрим, должен просиять над этой Землёй как вестник, как учитель, как Митрагирд!
 
Отдай своё большое сердце вот этим, страждущим, закованным в рабские цепи! Поделись знанием с достойными [знания]. Избери избранных! Призови призванных! Разбей железные цепи! Освободи достойных освобождения! Обними достойных объятий! Открой им истинную свободу, истинную любовь, истинное братство, истинное сыновство!
 
Расскажи им о Матери! Расскажи им о Её любви! Пусть Мои верные сбросят рабские оковы, пусть встанут гордо, как Мои [дети], и распрямятся! Пусть раскроют глаза, пусть вглядятся в мир! Пусть и они увидят Мать, как ты увидел Её!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
84.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Сделай так...
 
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
 
85.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Пусть Митрагирд, кама или кам спросит того, кто жаждет посвящения [в таинство]:
 
“Скажи, запятнан ли ты чужой кровью?”
 
И если тот честно ответит, что нет, то только тогда можно продолжать это священнодействие.
 
Пусть Митрагирд, кама или кам спросит:
 
“Готов ли ты признать Мать как мать и почтить Отца как отца?”
 
И если тот честно ответит, что да, то можно продолжать это священнодействие.
 
Пусть Митрагирд, кама или кам увенчают его лиственным венцом, или, если её, то венцом цветочным. И только тогда можно продолжать это священнодействие.
 
Пусть в очистительном круге, [составленном] из двенадцати живых огней, будет произнесено великое отречение:
 
“Я отрекаюсь от зла и его поклонников! Я отрекаюсь от ложных учителей и их приверженцев! Я отрекаюсь от греха, скверны и всякой нечистоты в помыслах, в словах, в действиях и во внешних знаках! Ахумм!”
 
Пусть затем будет обещано великое очищение:
 
“Я очищаю свой дух и посвящаю его Всеблагому, Милосердному, Несокрушимому! Я объединяю свою силу со Всесильным, Непобедимым! Пусть моя любовь к Нему и Его любовь ко мне соединятся вместе и станут одним чувством, и станут одним испытанием, и станут одним бессмертным огнём, испепеляющим зло, испепеляющим боль, испепеляющим страдания, испепеляющим смерть!
 
Пусть будет так, как я сказал[а]! Ахумм!”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
86.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Перед тем, как принять таинство, [пусть] посвящаемый в это таинство поднимет правую руку, и скажет:
 
“Посвящаю эту руку и всего себя целиком Единому, Творящему, Всеблагому, завершающему Своё Творение!
 
Пусть этой рукой сокрушается всякое зло! Пусть этой рукой непрестанно умножается добро! Пусть этой рукой Единый, Всеблагий Господь завершает Своё Творение! И пусть этой же рукой благословляются благословенные! Да отсохнет она и отпадёт, если я нарушу это честное обещание! Ахумм!”
 
Затем пусть Митрагирд, кама или кам завяжет на правом запястье посвящаемого четырёхцветную повязку и, склонившись перед этой правой рукой [посвящаемого], поцелует её, как если бы это была Моя рука или [рука] Митры, и скажет:
 
“Отныне Мать признаёт в тебе верного сына! Да защитит Она Своего верного сына и днём, и ночью, и на рассвете, и на закате дня, и во всякое время!
 
Отныне Митра признаёт в тебе верного сына! Да благословит Он Своего верного сына на истинное служение!
 
Отныне Всеединый Господь принимает тебя в Своём Всеединстве! Ахумм!”
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
87.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Перед тем, как испить Саомы, процеженной через венец, пусть посвящаемый [в таинство] скажет ей так, как говорили его далёкие [предки]: “О святая Саома, освещающая дневные и ночные небеса, разгоняющая неведение и тьму, вращающая все светлые миры и этот Млечный Путь!
 
Возьми меня с собой, туда, где нет страданий, где нет тления, где бескрайние пространства очищены от всякого зла и даже тени зла!
 
Покажи мне эти бессмертные сияющие миры, где достигнуты все желания и даже желания желаний!
 
Позволь мне, о светлая Саома, познать то, что знаешь ты! Ахумм!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
88.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
У ваших далёких благочестивых [предков], которых вы забыли, кроме праздничных обращений, было три каждодневных обращения: утреннее — [к] вашему Отцу-Митре, полуденное — [к] вашей Матери-Гайе [и] ночное — [к] нашему Создателю.
 
Каковы были эти три каждодневных [обращения]?
 
Утром:
 
“Приветствую Тебя, о пресветлый Митра, мой Отец, мой Друг, мой Покровитель!
 
На весь этот новый день наполни меня Своей чистотой, на весь этот новый день наполни меня Своим теплом, на весь этот новый день наполни меня Своей силой!
 
Наполни весь этот мир Своим чистым сиянием! Ахумм!”
 
[В] полдень:
 
“Благодарю Тебя, о Великая Мать, за этот светлый день, за эту благодатную землю, за эти чистые воды, за это бескрайнее небо! Благодарю Тебя за всю эту цветущую жизнь!
 
За всё, за всё благодарю Тебя, о Великая Мать! Ахумм!”
 
Вечером:
 
“О Благословенный! Всеблагий! Всеединый! Единосущный!
 
Сущий во мне, услышь сущего в Тебе!
 
Благослови меня на завтрашний день, благослови меня на истинное служение, благослови меня на благие свершения, благослови меня на добрые дела!
 
Пусть завтрашний день будет счастливым для всех Твоих порождений,— на земле и на небе, и здесь, и там, и повсюду! Ахумм!”
 
Так они обращались трижды в день, и если не могли совершить за день ни одного благодеяния, [то] с горечью считали его прожитым зря.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
89.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
В одном Моём году было, есть и всегда будет четыре великих праздника и триста шестьдесят один равновеликий друг другу [праздник].
 
Каковы великие [праздники], которые были, есть и всегда будут?
 
Весенние и осенние дни, когда день равен ночи, посвящены Матери, Гайе, Джане, Земле.
 
Зимой, когда последующий день преобладает [над предыдущим], и летом, когда Митра превыше Себя Самого,— посвящены Отцу, Митре, Солнцу.
 
Каковы некоторые из триста шестьдесят одного равновеликих [праздника]?
 
Зимний день, когда [певчие] птицы впервые возобновляют пение, приветствуя якобы ушедших, которые незримо возвращаются, напоминая [живущим] о неизбежности зримого возвращения.
 
Когда Семела вновь открывается, и когда она снова кругла и совершенна.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
90.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Кто есть верные?
 
[Верные] знают Предвечного, знают Всеблагого, знают Всеединого. Склоняются перед Солнцем, перед Митрой, перед своим Отцом. Почитают Землю, Джану, свою Мать. Несут учение в мир.
 
[Верные] участвуют в четырёх великих [праздниках], участвуют в других [праздниках], участвуют в богослужениях.
 
[Верные] приветствуют и обращаются [с молитвой] на рассвете к Митре, в полдень к Матери, вечером к Творящему, Созидающему, Благословенному.
 
[Верные] помнят свои поколения [умерших], предлагают им жертвы, трудятся ради их возвращения [в жизнь].
 
[Верные] поддерживают слабых, помогают беспомощным, поднимают упавших.
 
[Верные] рождают и созидают, сохраняют и оберегают, поистине бодрствуют и поистине живут.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
91.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Верный вне посвящения [в таинства], верный вне [молитвенного] обращения, верный вне святилища, верный вне богослужения,— ничто: воля без силы, стремление без осуществления, порыв без достижения, желание без исполнения.
 
Верный через посвящение [в таинства], верный через [молитвенное] обращение, верный в святилище, верный у жертвенника, верный, совершающий богослужение,— несокрушимая крепость, негасимый огонь, непобедимая рать! Он — само божество и воплощение Божества! Чистый и светлый, благородный и свободный, милосердный и любящий, богоравный и бессмертный!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
92.
 
О митрим, скажи им всем: пусть не срывают цветов, посаженных ветром!
 
[Пусть] не ломают цветущих в лесу ветвей [деревьев], не умерщвляют брачующихся [растений], птиц и зверей! Пусть не окунают руки ни в какую кровь: ни в алую, ни в зелёную!
 
Пусть вода смоет с рук приставшее зло в день Митры — [в] седьмой день [недели]! Пусть будет выпита святая Саома! Пусть будет призвана Мать, пусть будут помянуты Первые! Пусть вся Семья соберётся в Моих объятиях!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
93.
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
[Так же], как прячут оружие одинаково тщательно [и] от невинных детей, и от искушённых злодеев,— так же и ты не смей разглашать не прошедшим посвящения [в таинства] то, что услышишь [сейчас]:
 
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
 
94.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Если вы [прежде] не умертвите Меня, если [Я] буду жива, Я дам вам сошианта, Я дам вам пророка, Я дам вам спасителя, Я дам вам великий образец [человека], Я дам вам совершенномудрого сына, Я дам вам справедливого вождя. Я, Мать всех матерей, подарю вам его!
 
Узнайте же его, когда [он] придёт! Примите же его, когда [он] явится! Почтите же его, когда [он] воссияет над вами, как второе Солнце, как сын, равновеликий Митре, как Мой драгоценный, Мой возлюбленный сын!
 
Он уже зачат, он уже созревает в материнском чреве, он уже есть, он уже любим!
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
95.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Чем яснее понимание, тем светлее любовь. Чем сильнее любовь, тем глубже понимание.
 
Высшее знание равно искренней любви. Искренняя любовь равна высшему знанию.
 
Не бывает так, чтобы некто обладал [высшим] знанием, и не испытывал искренней любви к Тому, Кого узнал. Не бывает так, чтобы [некто] искренне любил, и совсем не понимал Того, Кого любит.
 
Истинное знание и истинная любовь — равноценны и неотделимы [друг от друга]. Тот, кто отделяет [одно от другого, на самом деле] ничего не знает, никого не любит.
 
Пиши: Говорила Джана, Мать, душа Земли.
 
96.
 
Пиши: Говорит Джана, Мать, душа Земли.
 
Есть тайны, узнать [о которых] достойны лишь самые верные из числа верных, [самые] чистые из [числа] чистых, самые искренние из искренних...
 
Нет, Я... Я не могу [продолжать]... Мне сейчас особенно больно... Я не могу, Мне горько сегодня... Я плачу, потому что больно...
 
Зачем, зачем ОНИ это делают?... Зачем ОНИ причиняют Мне ТАКУЮ боль?... ОНИ снова делают ЭТО!... Убивают... опять убивают... За что?!... За что?!...
 
Скажи им, митрим... Мой верный! Скажи им всем, Митрагирд... Останови ИХ!... Пусть не делают.. не убивают... пусть пощадят Мать...
 
Нет! Не убивайте Мать!... Не убивайте, пожалуйста!...
 
ПРИЛОЖЕНИЯ
   
Вот так закончилась, или, сказать точнее, была прервана на полуслове моя работа весьма посредственного “стенографиста” над этой Книгой (пронзительной, исполненной великой мудрости и великой Материнской любви) оставив у меня тяжкое впечатление какой-то фатальной, трагической незавершённости.
 
После того, как мной был записан последний фрагмент, оставшийся незавершённым, вероятно, в результате какой-то очередной, но притом особенно масштабной акции экоцида, я больше месяца пребывал в глубочайшей депрессии того самого рода, которая обычно провоцирует свою жертву к преждевременному “уходу”, к “наложению рук” на себя, и лишь огромным, сверхчеловеческим усилием воли мне кое-как удалось “поднять тонус” на большую для меня высоту,— вплоть до неизбывной, но зато стабильной подавленности и тоски средней силы, с которой вполне можно, смирившись, каким-то образом жить, но едва ли возможно, как прежде, “радоваться жизни”. Да и о какой такой “радости” от чего бы то ни было может идти речь, когда уже знаешь и чувствуешь, как ежечасно, ежеминутно, ежесекундно мучают и истязают нашу Мать, как глумятся над Ней, как унижают Её и, наконец, убивают: грубо, цинично, с холодным расчётом, безжалостно, беспощадно,— убивают, убивают и убивают!...
 
Надо быть последней скотиной, чтобы признавать за собой право на улыбку, на смех, на удовольствия, получаемые от жизни, когда уже знаешь точно, что в это самое мгновение в этом или в том полушарии Земли нашу Мать подвергают ещё одной или нескольким изощрённейшим, поистине сатанинским пыткам. И конечно, нужно быть настоящим, бесспорным чудовищем и исчадием ада, чтобы принимать участие в этих глумлениях над Матерью в качестве одного из палачей или его подручных.
 
Я часто думал о том, почему именно меня,— человека, для такого служения мало подходящего,— наша Мать выбрала как вестника и как Митрагирда? Я не выделяюсь среди всех остальных людей ни какими-то особенными добродетелями, ни выдающейся витальной силой и энергией, ни, наконец, необходимыми для этого высокого служения из ряда вон выходящими способностями. Разве для Её выбора действительно было бы достаточно моей проклятой гипертрофированной ”чувствительности”, которую Она Сама характеризует как “болезнь” (см.№ 81)? Таких “чутких”, как я, не так уж и мало. И поэтому я могу лишь предполагать, что Ей и не нужен был вестник-”вождь”, вестник-”властитель дум”, вестник, жаждущий власти над людьми, а значит, возвышения над ними, а значит, подавления их.
 
И действительно, пожалуй, трудно было бы найти другого человека, как я, до такой степени равнодушного ко всем знакам, символам, титулам и регалиям, достоинствам и свойствам, олицетворяющим собой общественный “респект” или даже просто “признание”, т.е. принятие ”за своего”. В этом смысле я, пожалуй, не только не “член” нашего общества, которое я искренне, от всей души ненавижу, а, скорее, отброс этого параноидального общества,— вот чем я, признаться, действительно горжусь!
 
Одним словом, трудно было бы найти другого человека, которому бы так однозначно, так бесспорно не подошёл бы ни один пьедестал, ни один постамент: от самого высоченного — до самого низенького, величиной с подставку для чистки ботинок.
 
Итак, я полагаю, что Матери и не нужен был Митрагирд-”Великий Кормчий”, Митрагирд-”Верховный Понтифик”, Митрагирд-”Римский Папа”. В мире и без того довольно всевозможных властолюбивых “ловцов душ”, самозванных лжехристов и ересиархов, полуграмотных религиозных кликуш, окружённых сворой ещё менее образованных послушников; свихнувшихся “отцов-основателей” зачастую невероятно гнусных тоталитарных сект и прочей публики такого рода, не принадлежать к которой для меня уже великая честь. Я, наоборот, не ”вышний среди равных”, и даже не равный среди равных, а, скорее, нижний среди равных, под которыми я подразумеваю всех тех, кто не безразличен к судьбе нашей Матери, тех, кого Она Сама называет ”Моими верными”. И кроме того, я действительно никогда не “жаждал” ни “власти”, ни “славы”, ни “богатства”, ни чего бы то ни было из того, что вот уже пять тысяч лет так ценится в нашей “цивилизованной” экумене подавления и насилия, и что в более ранние и менее “цивилизованные” времена выглядело бы как бесспорно бессмысленная и бесполезная обуза, не освобождающая, а наоборот, беспощадно порабощающая душу того, кто имеет несчастье обладать всеми этими “ценностями” или хотя бы только стремиться к обладанию ими. Жизнь человека и без того так недолга и так нелегка, что полностью исключает возможность найти оправдание для влечения к вещам, которые ещё более укорачивают её, а усложняют и отравляют так просто безмерно!
 
Что же касается меня самого, то я могу признаться, что единственное, чего я ещё хочу в этой жизни, так это честно, с полной отдачей и до конца выполнить возложенное на меня Матерью поручение, даже невзирая на то, что не считаю его посильным для себя: собрать всех верных Матери в одну семью, в один народ, в одну великую сплочённую силу.
 
Если бы у меня было право выбирать, то я, такой неумелый, такой рассеянный, такой, наконец, ленивый, любящий в жизни всего лишь два занятия,— бродить в одиночестве по тихим осенним лесам, а зимой читать хорошие книжки, лёжа на мягком диване,— я предпочёл бы избрать для себя какое-нибудь более простое служение, например, броситься первым под железные гусеницы апокалипсического  бульдозера так называемой “цивилизации” и героически, с чувством выполненного долга, мученически погибнуть (а что может быть славнее гибели ради Матери? я большей славы и не могу себе представить!).
 
Но в том то всё и дело, что Матери не нужны никакие человеческие жертвы, а тем более, сыновние жертвы. Она, наоборот, хочет, чтобы мы жили, и чтобы мы жили счастливо. Но так как мы, люди, от Матери неотторжимы, наша дальнейшая жизнь и наше счастье зависят только от того, насколько жива и насколько счастлива будет Сама наша Мать.
 
Итак, повторяю, Ей не нужны никакие жертвы. Она ждёт от нас только понимания, только благодарности, только сострадания, только любви, только, наконец, человечности,— вот и всё. Поэтому, если мы ещё не до конца потеряли право называть себя людьми, мы должны осуществить на этой Земле то, чего ждёт от нас Мать: мы должны научиться понимать собственную Мать, мы должны научиться быть благодарными Ей и человечными по отношению к Ней. И если мы и впрямь всё ещё люди — мы обязаны выполнить свой человеческий и сыновний долг перед Ней, перед Отцом и перед всем Мирозданием. В противном случае наше существование в этом мире становится ничем не оправданным.
 
Самую насущную и актуальную практическую задачу, которая стоит перед нами во всей своей вопиющей неотложности, сформулировать очень просто: остановить Матереубийство!
 
Для того, чтобы добиться этого, необходимо объединиться, и объединиться именно так, как хочет Мать, то есть как одна Семья, один Клан, один Храм, одна непобедимая Сила, один сплочённый Народ. Народ, целиком состоящий из истинных детей Земли, детей любящих, благодарных и не боящихся никаких трудностей.
 
Я предлагаю так и назвать нашу великую Семью, наш новый молодой Народ: Дети Земли. Что может точнее отразить наше сыновство и Ту, к Которой наше сыновство относится?
 
Изо дня в день меня не оставляет в покое мысль, что как раз самое важное, самое главное Мать так и не успела нам сообщить. Или, может, не сочла нас,— таких, какие мы есть сейчас,— достойными этого самого для нас важного и насущного знания. Я по-прежнему часто ощущаю Её молчаливое присутствие где-то совсем рядом, но уже не слышу Её голоса и оттого почти всегда не могу сдержать слёз.
 
И теперь мы можем только надеяться на то, что Её диалог с нами отнюдь не завершён, что он будет продолжен,— если не сегодня, так завтра. Но прежде мы должны честно заслужить Её доверие к нам, Её откровенность с нами, Её открытость нам навстречу. Иными словами, мы должны стать детьми, достойными нашей прекрасной, нашей благородной, нашей любящей Джаны, Матери, души Земли.
     
А.С.
   
Жизнь — это терпкий настой из счастья, горя и просветления.
 
Там смешалось жёлтое с красным яд и вино, гибель и возрождение.
 
Мы будем пить пронзительный напиток до тех пор, пока не станем различать, где в нём Жизнь, где Смерть, где яд, где вино.
 
Мы будем медленно прорастать к Пониманию, медленно в нарастающем смятении — и вдруг увидим Своё Собственное отражение — и Мать, нас спасшую во глубине отчаяния — и Митру в самом центре Самосожжения.
 
А.С.
   
 
Лучшая IT компания в Казахстане - Global Services International